Предварительное следствие в России – атавизм или насущная необходимость?!

для раздела Блоги
Внимание, объем статьи достаточно большой, просмотреть за 5 минут его не получится, лучше и не начинайте читать, если Вас не интересует эта тема!

Предварительное следствие в России – атавизм или насущная необходимость?!

Прежде чем приступить к написанию данной статьи, я очень долго размышлял о том, как нам построить эффективную уголовно-правовую систему, направленную, прежде всего на защиту законных прав и интересов потерпевших, и охрану прав подозреваемых, обвиняемых и осужденных по уголовным делам.
Не секрет, что наша правовая система сейчас проходит период становления, многие пережитки (а часто и эффективные наработки) советского времени, утратили свое значение. Многое из того, что было актуально и законно раньше, теперь незаконно и не соответствует нормам Конституции РФ.
Что же делать, как побороть преступность (в идеале) или хотя бы снизить уровень преступности (в реалиях) в России. Как добиться осуществления основополагающего принципа правосудия – неотвратимости наказания, за совершенное преступление?
Не секрет, что сейчас очень многие «преступники», уходят от уголовной ответственности в силу, как несовершенства, так и ограниченности нашего уголовного и уголовно-процессуального законодательства.
Ни для кого не станет открытием, если я скажу, что и сейчас часто нарушаются права, как потерпевших, так и подозреваемых, обвиняемых по уголовным делам. При всем при этом, нарушения прав граждан есть и на стадии предварительного следствия и в суде.
Не секрет, что по статистике, количество оправдательных приговоров в России, гораздо ниже, чем в других развитых странах, но говорит ли это об эффективности судебной системы, или об ее зависимости от «пережитков прошлого» в виде «телефонного права», «зависимости судей от решений вышестоящих инстанций и прокурора» и других рычагов давления на судью? Мы видим, что по очень многим «громким» делам выносятся именно оправдательные приговоры.
Нужно ли России предварительное следствие, или эта форма уголовного судопроизводства, утратила свое значение, не соответствует мировым стандартам и международным нормам права? А может быть предварительное следствие необходимо, но его следует видоизменить и привести в соответствие с реальным положением дел в нашей стране?
Каковы истоки возникновения современных уголовно-правовой, уголовно-процессуальной и уголовно-исполнительных отраслей права? Действительно ли следователь процессуально самостоятельное лицо? Насколько эффективна работа следователя с точки зрения материальных затрат и конечного результата? Насколько фатальными могут быть ошибки следователя, как они могут отразиться на конечном результате уголовно-правовой машины – наказании виновного?
Каковы способы ухода от наказания в современной России? Что Важнее, предварительное следствие или суд, и какова их взаимосвязь? Состязательность сторон – это действующая или декларативная норма? Соблюдается ли презумпция невиновности?
На эти и некоторые другие вопросы, я постараюсь ответить в своей работе.
Не исключено, что работа моя получится несколько сумбурной, потому что во многом, я выказываю свое личное отношение к тому, что происходит в нашей стране. В любом случае, я постараюсь быть максимально объективным.
В любом случае, имейте в виду, что моя статья является скорее публицистической, чем научной, но это отнюдь не художественный труд.

Содержание:


1.Немного истории.
2.Место следователя, дознавателя и прокурора в современном уголовном процессе.
3.Краткий анализ некоторых норм Конституции РФ, норм УПК РФ и ведомственных приказов и инструкций и их сравнение.
4.Состязателен ли наш уголовный процесс?
5.Насколько необходимо предварительное следствие в современной России?
6.Некоторые размышления о том, как должна быть устроена уголовно-правовая система России.
7.Перспективы развития уголовно правовой системы, исходя из сегодняшних реалий.

1. Немного истории.

Прежде чем, приступить к небольшому экскурсу в историю предварительного следствия в России, следует предупредить уважаемого читателя, что я не стану долго и нудно перечислять исторические факты и анализировать правовые нормы начиная от «Русской правды» до современного УПК РФ. Моей задачей является ознакомление с состоянием предварительного следствия в дореволюционной России в конце XIX века.
Именно из этого периода истории России идут истоки как советской, так и современной Российской системы правоохранительных органов и предварительного следствия в частности.
Советский период я вообще не стану рассматривать, так как не вижу в этом смысла. То положение дел в нашей правоохранительной системе, которое мы имеем сейчас, разработано в 60-е годы XX века и немного «усовершенствовано» в последние годы.
Те безобразия, что творились в период с 1917 г. по 1960 год в СССР не выдерживает никакой критики, в то время были не правоохранительные органы, а «правохоронительные» фактически что-то вроде средневековой инквизиции.
Все сведения, которые будут изложены в данной работе, почерпнуты из книги М.А. Чельцова-Бебутова «Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих и буржуазных государствах – курс уголовно-процесуального права» Санкт-Петербург 1995 г.
Итак, если верить Чельцову-Бебутову, то:
«Образцом для построения процесса по общеуголовным делам послужил Французский кодекс 1808 года. В нем характерно разделение производства на предварительное следствие, негласное, находящееся под сильным влиянием прокурора, и судебное разбирательство, в котором в порядке гласного и устного состязания между прокурором и подсудимым с защитником проводилась проверка судом всех доказательств, и выносился приговор. Однако составители Устава уголовного судопроизводства внесли в него ряд поправок, смягчивших резко розыскной характер предварительного расследования французского процесса.
Одним из основных положений, провозглашенных при проведении судебной реформы, были отделение «обвинительной власти» от судебной и придание предварительному следствию характера судебной деятельности.
Расследование дела было поручено судебному следователю, который хотя и не имел формального звания судьи («следственный судья» французского процесса), но находился, однако, в организационном и процессуальном подчинении окружного суда, а не прокурора.
Он обязан был вести расследование по предложениям прокурора и выполнять все законные указания последнего. Либерализм составителей Устава выразился здесь в том, что закон обязал следователя выполнять все указания наблюдающего за делом прокурора, если они направлены были в пользу обвиняемого.
Так, предложение прокурора об освобождении взятого под стражу обвиняемого было обязательно. Наоборот, с предложением о заключении под стражу следователь мог не согласиться, и тогда вопрос переходил на разрешение окружного суда.
Самое принятие следователем к своему производству уголовного дела считалось как бы актом судебным. Поэтому начатое следователем производство по делу не могло быть прекращено прокурором, который был обязан ставить вопрос о прекращении следствия перед окружным судом.
Следствие было обязательно по всем делам о тяжких преступлениях, подсудным окружному суду или судебной палате (ст. 249 Устава уголовного судопроизводства).
Устав уголовного судопроизводства нигде не говорит об участии сторон в предварительном следствии. Однако он допускал некоторую активность «участвующих в деле лиц» — потерпевшего, гражданского истца и обвиняемого. Так, следствие могло быть начато следователем и без предварительного полицейского дознания по жалобе потерпевшего. В таких случаях следователь обязан был лишь сообщить прокурору о начатом им следствии. Обвиняемый имел право присутствовать при всех следственных действиях, и лишь в случае необходимости следователь первоначально допрашивает свидетелей в отсутствие обвиняемого. Протоколы таких допросов должны быть прочитаны обвиняемому, и он может просить о предложении свидетелям дополнительных вопросов, а также представлять доказательства в опровержение собранных против него улик. Обвиняемый имеет право на получение копий со всех следственных актов. При окончании же следствия ему предъявляются все акты, и он может требовать дополнения следствия. На все действия следователя обвиняемый может приносить жалобы, которые должны быть немедленно представлены в суд и рассмотрены им.
Такими же правами пользуются на предварительном следствии потерпевший и гражданский истец. Ходатайства всех этих участников процесса, отстаивающих противоположные интересы, и составляют элемент состязательности предварительного следствия по Уставу уголовного судопроизводства, несколько смягчающий его инквизиционный характер.
В руках полиции было оставлено первоначальное дознание, которое чины полиции производили под надзором прокурора.
Акты дознания не имели формальной силы и служили лишь подсобным материалом для следователя при производстве им предварительного следствия.
Теоретическим основанием для такого различия между действиями следователя и действиями полиции являлось противопоставление судебной власти власти административной, основанное на теории разделения властей. Только действия органов судебной власти, совершенные в установленном процессуальном порядке, могут вызывать правовые последствия. Поэтому только протоколы, составленные следователем, могут прочитываться в суде, и установленные в них факты считаться доказательствами. Протоколы, составленные чинами полиции, такого значения не имеют.
Однако Устав уголовного судопроизводства ввел правило о замене следователя чинами полиции. Ст. 258 говорила: «В тех случаях, когда полицией застигнуто совершающееся или только что совершившееся преступное деяние, также когда до прибытия на место происшествия судебного следователя следы преступления могли бы изгладиться, полиция заменяет судебного следователя во всех следственных действиях, не терпящих отлагательства, как-то: в осмотрах, в освидетельствованиях, обысках и выемках; но формальных допросов ни обвиняемым, ни свидетелям полиция не делает, разве бы кто-либо из них оказался тяжко больным и представилось бы опасение, что он умрет до прибытия следователя». В таких случаях, когда чины полиции заменяли следователя, протоколы, составленные ими, согласно разъяснениям Сената могли быть прочитаны в судебном заседании.
Следователи могли приступить к производству предварительного следствия не только по сообщениям полиции или предложению прокурора, но и по жалобам потерпевших, а также ввиду явки с повинной или, наконец, по своему непосредственному усмотрению (ст. 297. Устава уголовного судопроизводства).
Наблюдение за предварительным следствием лежало на обязанности прокурора (или участкового товарища прокурора), который сам не производил следствия (ст. 296 Устава уголовного судопроизводства).
Приступив к предварительному следствию, следователь должен был производить его, сообразуясь с обстоятельствами дела (ст. 264 Устава уголовного судопроизводства), привлекая в случае надобности новых лиц. Он самостоятельно проводил все необходимые следственные действия, допросы обвиняемых и принятие мер пресечения, допросы свидетелей, назначение экспертизы, осмотр вещественных доказательств, обыски и выемки, имея право привлекать в необходимых случаях для помощи чинов полиции.»
Однако даже в то время, реальное положение дел отличалось от того, которое было установлено законом. Формально «в дисциплинарном отношении следователь формально был подчинен надзору только со стороны суда и считался на правах члена суда несменяемым, на деле он превратился в легко сменяемого, подчиненного надзору прокуратуры чиновника.
Дальнейшее продвижение следователя по служебной лестнице, например, назначение его на должность члена окружного суда (не говоря уже о должности товарища прокурора), во многом зависело от прокуратуры.
Министр юстиции как генерал-прокурор при всяком назначении запрашивал соответствующую характеристику представленных кандидатов от прокурора судебной палаты, а этот последний обычно исходил из характеристики, данной прокурором окружного суда.
Но, если таким образом можно было воспрепятствовать дальнейшему продвижению неподходящего «по своим деловым качествам» следователя, для увольнения его от должности был изобретен другой метод. Вместо того чтобы представлять кандидата на пост судебного следователя к назначению его «высочайшим приказом», что делало его несменяемым, министр юстиции в соответствующих случаях стал «причислять к министерству» этих кандидатов, а затем своим приказом «командировать их к исполнению должности следователя» в определенный участок.
Таким образом, лицо, назначенное приказом министерства, не было уже несменяемым «судебным следователем» и могло в течение ряда лет оставаться «исполняющим должность» следователя. По представлению прокуратуры министр мог в любое время вновь «причислить к министерству» такое лицо, отозвав его от исполнения должности следователя. Если отозванное, таким образом, лицо не получало в течение года нового назначения, оно оставалось за штатом.
Этим путем очень быстро было покончено с существованием «независимых» от прокуратуры судебных следователей.
Оконченное предварительное следствие направлялось к наблюдающему за его производством товарищу прокурора, который составлял либо обвинительный акт, либо заключение о прекращении дела. В обоих случаях дело направлялось прокурору окружного суда.
Судебное разбирательство было построено по французскому типу с обязательным участием государственного обвинителя — прокурора (кроме дел частного обвинения, в которых в качестве обвинителя выступал потерпевший или его поверенный). В отличие от французского порядка судебное следствие начиналось оглашением обвинительного акта без вступительной речи прокурора.
В судебном состязании, кроме прокурора, принимали участие гражданский истец (потерпевший), обвиняемый и его защитник. По закону они пользовались в ходе судебного следствия и прений сторон одинаковыми процессуальными правами.

Теперь несколько слов об оценке доказательств судом.
Суд должен был решать вопрос о виновности подсудимого, не будучи связан ни сознанием последнего, ни отказом обвинителя от поддержания обвинения, исключительно по внутреннему убеждению, основанному на обсуждении в совокупности всех обстоятельств дела (ст. 766 Устава уголовного судопроизводства).
Поскольку председатель обязан был объяснить присяжным заседателям «общие юридические основания к суждению о силе доказательств, приведенных в пользу и против подсудимого» (ст. 801), закон выдвигал следующее требование: «Общие основания к суждению о силе доказательств объясняются председателем суда не в виде непреложных положений, но лишь в смысле предостережения от всякого увлечения к обвинению или оправданию подсудимого» (ст. 803).»

Приговоры можно было обжаловать, для этого существовали следующие правила:
«Способом обжалования для неокончательных приговоров (то есть постановленных мировым судьей или окружным судом без присяжных заседателей) являлась апелляция. Способом обжалования приговоров окончательных (то есть постановленных окружным судом с присяжными заседателями, судебной палатой с сословными представителями, а также съездом мировых судей и Судебной палатой в качестве судов второй инстанции) являлась кассация.
Апелляционная инстанция рассматривала дело только в пределах отзыва осужденного или протеста прокурора и могла принять к рассмотрению новые доказательства, а также передопросить ранее допрошенных свидетелей. Однако на практике производство ограничивалось пересмотром письменных материалов дела. Повышение наказания могло быть только в случае направленного на это протеста прокурора или отзыва частного обвинителя; при пересмотре приговора по отзыву подсудимого наказание могло быть уменьшено или отменено.
Приговор, вынесенный судом с участием присяжных заседателей или сословных представителей, мог быть обжалован в Сенат только в кассационном порядке. Приговор подлежал отмене в случае «явного нарушения прямого смысла закона и неправильного толкования его» и в случае «нарушения обрядов и форм столь существенных, что без соблюдения их невозможно признать приговор в силе судебного решения» (ст. 912 Устава уголовного судопроизводства).
Таким образом, кассационный суд не имел права входить в рассмотрение существа дела, а также смягчать назначенное наказание.
По делам, рассмотренным с участием присяжных заседателей, Сенат мог в отдельных случаях отменить приговор лишь частично. Такая отмена не касалась вердикта присяжных, а только вынесенного на основании этого вердикта приговора коронного состава суда. К случаям этого рода относились неправильное применение карательного закона судом, неправильное разрешение вопроса о гражданском иске. В таких случаях при новом рассмотрении дела суд должен был исходить из ранее вынесенного присяжными вердикта о виновности подсудимого. Суд выслушивал соображения прокурора и защитника о применении законов в соответствии с этим вердиктом и выносил новый приговор.
Во всех остальных случаях, отменяя приговор, Сенат должен был указать, с какой стадии дело подлежало новому рассмотрению, в зависимости от того, в какой стадии были допущены нарушения, повлекшие отмену приговора.
Суд, в который после отмены приговора дело было направлено для нового рассмотрения, обязан был подчиняться указаниям Сената по разъяснению смысла материального и процессуального законов».
Итак, я думаю, что невооруженным взглядом видно, что в России всегда предварительное следствие было зависимым от прокурора, полиции и т.п., менялась только степень зависимости следователя, вместе с тем, на мой взгляд, в дореволюционной России следователь был все же более независим, чем в настоящее время.
Раньше следователи были «судебными» и предварительное следствие хотя бы формально было отделено от «обвинительной власти». Теперь прямо на законодательном уровне следователь включен в главу 6 УПК РФ «Участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения». С момента принятия ныне действующего УПК РФ, следователь утратил последние крохи самостоятельности.
Однако об этом мы и поговорим в следующей главе.

2. Место следователя, дознавателя и прокурора в современном уголовном процессе.

Если немного абстрагироваться и представить нашу уголовно-правовую систему схематично, то мы увидим следующее:
Уголовно-правовая система состоит из нескольких отраслей права:

1.Уголовное право,
2.Уголовно-процессуальное право,
3.Уголовно-исполнительное право.

Для каждой из отраслей права на законодательном уровне принят свод законов: УК, УПК, УИК РФ. Все кодексы взаимосвязаны, хотя часто бывает, так, что возникают коллизии норм права. В частности был период, когда в уголовном кодексе в ст. 213 УК РФ внесли изменения, а в ст. 20 УК РФ забыли. И получалось, так, что несовершеннолетних могли привлечь к уголовной ответственности по несуществующей ч. 3 ст. 213 УК РФ.
Уголовное, уголовно-процессуальное и уголовно исполнительное законодательство стремительно меняется, чаще всего уголовно-процессуальное законодательство.
По логике здравого смысла и согласно юридической науке «Теория государства и права» процессуальная отрасль права должна соответствовать материальной отрасли права, то есть уголовно-процессуальное право соответствовать уголовному праву. В нашей стране все наоборот. Нормы уголовного кодекса «подгоняют» под нормы ранее принятые в уголовно-процессуальном. Видимо все делается в такой спешке, что внести одновременно изменения у законодателей не получается.
Порядок привлечения к уголовной ответственности, действия следователя, дознавателя, прокурора, суда, их права и обязанности, содержание уголовного процесса на любых стадиях, права и обязанности других лиц, устанавливает уголовно процессуальный кодекс РФ (далее УПК РФ).
Основания для привлечения к уголовной ответственности и освобождения от уголовной ответственности, конкретные составы преступлений, освобождение от уголовной ответственности, санкции (виды и сроки наказаний) установлены уголовным кодексом РФ (далее УК РФ).
Порядок исполнения наказаний, права и обязанности осужденных, установлены уголовно-исполнительным кодексом РФ (далее УИК).
Теперь нам понятно, какие общественные отношения регулирует тот, или иной кодекс РФ, можно приступать непосредственно к теме.

Итак, права и обязанности следователя, дознавателя и прокурора установлены уголовно процессуальным кодексом РФ.

Чтобы не быть голословным привожу выдержки из УПК РФ:
Ст. 5 УПК РФ гласит:
Дознаватель - должностное лицо органа дознания, правомочное либо уполномоченное начальником органа дознания осуществлять предварительное расследование в форме дознания, а также иные полномочия, предусмотренные настоящим Кодексом;
Следователь - должностное лицо, уполномоченное осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, а также иные полномочия, предусмотренные настоящим Кодексом;
Прокурор - Генеральный прокурор Российской Федерации и подчиненные ему прокуроры, их заместители и иные должностные лица органов прокуратуры, участвующие в уголовном судопроизводстве и наделенные соответствующими полномочиями федеральным законом о прокуратуре;

Права дознавателя:

Прежде всего, следует отметить, что дознаватель – это лицо, на которое возложены права органа дознания, поэтому я привожу и права органа дознания также.

Статья 40. Орган дознания

1. К органам дознания относятся:
1) органы внутренних дел Российской Федерации, а также иные органы исполнительной власти, наделенные в соответствии с федеральным законом полномочиями по осуществлению оперативно-розыскной деятельности;
2) Главный судебный пристав Российской Федерации, главный военный судебный пристав, главный судебный пристав субъекта Российской Федерации, их заместители, старший судебный пристав, старший военный судебный пристав, а также старшие судебные приставы Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации;
3) командиры воинских частей, соединений, начальники военных учреждений или гарнизонов;
4) органы Государственной противопожарной службы.
2. На органы дознания возлагаются:
1) дознание по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия необязательно, - в порядке, установленном главой 32 настоящего Кодекса;
2) выполнение неотложных следственных действий по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия обязательно, - в порядке, установленном статьей 157 настоящего Кодекса.
3. Возбуждение уголовного дела в порядке, установленном статьей 146 настоящего Кодекса, и выполнение неотложных следственных действий возлагаются также на:
1) капитанов морских и речных судов, находящихся в дальнем плавании, - по уголовным делам о преступлениях, совершенных на данных судах;
2) руководителей геологоразведочных партий и зимовок, удаленных от мест расположения органов дознания, указанных в части первой настоящей статьи, - по уголовным делам о преступлениях, совершенных по месту нахождения данных партий и зимовок;
3) глав дипломатических представительств и консульских учреждений Российской Федерации - по уголовным делам о преступлениях, совершенных в пределах территорий данных представительств и учреждений.

Статья 41. Дознаватель

1. Полномочия органа дознания, предусмотренные пунктом 1 части второй статьи 40 настоящего Кодекса, возлагаются на дознавателя начальником органа дознания или его заместителем.
2. Не допускается возложение полномочий по проведению дознания на то лицо, которое проводило или проводит по данному уголовному делу оперативно-розыскные мероприятия.
3. Дознаватель уполномочен:
1) самостоятельно производить следственные и иные процессуальные действия и принимать процессуальные решения, за исключением случаев, когда в соответствии с настоящим Кодексом на это требуются согласие начальника органа дознания, санкция прокурора и (или) судебное решение;
2) осуществлять иные полномочия, предусмотренные настоящим Кодексом.
4. Указания прокурора и начальника органа дознания, данные в соответствии с настоящим Кодексом, обязательны для дознавателя. При этом дознаватель вправе обжаловать указания начальника органа дознания прокурору, а указания прокурора - вышестоящему прокурору. Обжалование данных указаний не приостанавливает их исполнения.

Права следователя:

Статья 38. Следователь

1. Следователь является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной настоящим Кодексом, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу.
2. Следователь уполномочен:
1) возбуждать уголовное дело в порядке, установленном настоящим Кодексом;
2) принимать уголовное дело к своему производству или передавать его прокурору для направления по подследственности;
3) самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с настоящим Кодексом требуется получение судебного решения и (или) санкции прокурора;
4) давать органу дознания в случаях и порядке, установленных настоящим Кодексом, обязательные для исполнения письменные поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий, производстве отдельных следственных действий, об исполнении постановлений о задержании, приводе, об аресте, о производстве иных процессуальных действий, а также получать содействие при их осуществлении;
5) осуществлять иные полномочия, предусмотренные настоящим Кодексом.
3. В случае несогласия с действиями (бездействием) и решениями прокурора следователь вправе представить уголовное дело вышестоящему прокурору с письменным изложением своих возражений. Их обжалование прокурору не приостанавливает их исполнения, за исключением случаев несогласия со следующими решениями или указаниями прокурора:
1) о привлечении лица в качестве обвиняемого;
2) о квалификации преступления;
3) об объеме обвинения;
4) об избрании меры пресечения либо отмене или изменении меры пресечения, избранной следователем в отношении подозреваемого или обвиняемого;
5) об отказе в даче согласия на возбуждение перед судом ходатайства об избрании меры пресечения или о производстве иных процессуальных действий, предусмотренных пунктами 2 - 11 части второй статьи 29 настоящего Кодекса;
6) о направлении уголовного дела в суд или его прекращении;
7) об отводе следователя или отстранении его от дальнейшего ведения следствия;
8.) о передаче уголовного дела другому следователю.
4. В случаях, предусмотренных частью третьей настоящей статьи, прокурор отменяет указание нижестоящего прокурора или поручает производство предварительного следствия по данному уголовному делу другому следователю.


Права прокурора:
Статья 37. Прокурор

1. Прокурор является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, установленной настоящим Кодексом, осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства, а также надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия.
2. В ходе досудебного производства по уголовному делу прокурор уполномочен:
1) проверять исполнение требований федерального закона при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях;
2) возбуждать уголовное дело и в порядке, установленном настоящим Кодексом, поручать его расследование дознавателю, следователю, нижестоящему прокурору либо принимать его к своему производству;
3) участвовать в производстве предварительного расследования и в необходимых случаях давать письменные указания о направлении расследования, производстве следственных и иных процессуальных действий либо лично производить отдельные следственные и иные процессуальные действия;
4) давать согласие дознавателю, следователю на возбуждение уголовного дела в соответствии со статьей 146 настоящего Кодекса;
5) давать согласие дознавателю, следователю на возбуждение перед судом ходатайства об избрании, отмене или изменении меры пресечения либо о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения;
6) разрешать отводы, заявленные нижестоящему прокурору, следователю, дознавателю, а также их самоотводы;
7) отстранять дознавателя, следователя от дальнейшего производства расследования, если ими допущено нарушение требований настоящего Кодекса при производстве предварительного расследования;
8.) изымать любое уголовное дело у органа дознания и передавать его следователю, передавать уголовное дело от одного следователя прокуратуры другому с обязательным указанием оснований такой передачи;
9) передавать уголовное дело от одного органа предварительного расследования другому в соответствии с правилами, установленными статьей 151 настоящего Кодекса, изымать любое уголовное дело у органа предварительного расследования и передавать его следователю прокуратуры с обязательным указанием оснований такой передачи;
10) отменять незаконные или необоснованные постановления нижестоящего прокурора, следователя, дознавателя в порядке, установленном настоящим Кодексом;
11) поручать органу дознания производство следственных действий, а также давать ему указания о проведении оперативно-розыскных мероприятий;
12) продлевать срок предварительного расследования;
13) утверждать постановление дознавателя, следователя о прекращении производства по уголовному делу;
14) утверждать обвинительное заключение или обвинительный акт и направлять уголовное дело в суд;
15) возвращать уголовное дело дознавателю, следователю со своими указаниями о производстве дополнительного расследования;
16) приостанавливать или прекращать производство по уголовному делу;
17) осуществлять иные полномочия, предусмотренные настоящим Кодексом.
3. Письменные указания прокурора органу дознания, дознавателю, следователю, данные в порядке, установленном настоящим Кодексом, являются обязательными. Обжалование полученных указаний вышестоящему прокурору не приостанавливает их исполнения, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей статьи 38 настоящего Кодекса.
4. В ходе судебного производства по уголовному делу прокурор поддерживает государственное обвинение, обеспечивая его законность и обоснованность, а в случаях, когда предварительное расследование проведено в форме дознания, прокурор вправе поручить поддержание от имени государства обвинения в суде дознавателю либо следователю, производившему дознание по данному уголовному делу.
5. Прокурор вправе в порядке и по основаниям, которые установлены настоящим Кодексом, отказаться от осуществления уголовного преследования.
6. Полномочия прокурора, предусмотренные настоящей статьей, осуществляются прокурорами района, города, их заместителями, приравненными к ним прокурорами и вышестоящими прокурорами.

Как видите, самые широкие полномочия у прокурора, самые узкие полномочия у дознавателя. Следователь формально обладает достаточно широкими правами, которые может ограничить прокурор.
Однако, так ли все красиво и радужно в реальной действительности, как это написано в УПК?

Согласно норм УПК и другого действующего законодательства следственные подразделения есть:
В прокуратуре,
В МВД,
В ФСБ,
В органах, по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ (органах наркоконтроля).

Все вышеуказанные органы (кроме прокуратуры) наделены правом вести оперативно розыскную деятельность (далее ОРД). Считается, что следствие находится «при» указанных выше правоохранительных органах. Но так ли это.
Если мы проанализируем ст. 151 УПК РФ, то мы увидим, что у следователей разных органов разная подследственность, то есть следователь МВД не может расследовать дела подследственные ФСБ и наоборот (все исключения оговорены в УПК РФ). Прокурор может забрать любое дело у любого следователя и передать его следователю прокуратуры.
Теперь немного поразмышляем:
Допустим, я следователь МВД. Ко мне в производство поступило уголовное дело по ст. 158 УК РФ (кража). Я приступил к его расследованию.

Кто может оказать на меня давление и повлиять на ход следствия.

а) начальник следственного отдела, который вправе давать мне самые немыслимые письменные указания, вплоть до проведения следственных действий, которые объективно не нужны и создают волокиту. А за волокиту и неисполнение письменных указаний меня можно наказать в дисциплинарном порядке. Он же может изъять у меня уголовное дело и передать его другому, более сговорчивому следователю. Обжаловать его действия я могу, но стану ли, если:
- это мой работодатель, от которого зависит моя зарплата,
- это, как правило, заместитель начальника ОВД (УВД), то есть на него тоже оказывают давление, и я это понимаю.

б) Прокурор (курирующий следствие заместитель прокурора), его действия я тоже вправе обжаловать вышестоящему прокурору, но стану ли, если:
- Прокурор обладает всеми правами начальника следствия, кроме того, именно он направляет уголовные дела в суд. Реально на практике, любое уголовное дело прокурор может вернуть на дополнительное расследование. Идеальных уголовных дел не бывает, а возвращение на дополнительное расследование дела с письменными указаниями – формально стремление направить в суд «идеальное уголовное дело», а реально – один из способов «поставить на место» неудобного следователя.
- Как правило, вышестоящий прокурор одновременно прямой начальник нижестоящего прокурора, и склонен защищать своих подчиненных, даже если те не правы. (Например, курирующий заместитель прокурора района и прокурор района, они обычно сидят в соседних кабинетах и иногда вместе пьют «чай с малиновым вареньем»).

в) Начальник ОВД (УВД).
- прямо он мне указание сделать не может, но, он может действовать через начальника следствия (его заместителя), он может делать мне устные замечания, за «слабое взаимодействие с органами дознания», может обратиться с ходатайством о моем наказании.

Теперь несколько слов о том, как между собой «связаны» прокурор, начальник следственного отдела и начальник ОВД. (Пишу эти строки и мне вспоминается песня группы «Наутилус Помпилиус» – «Скованные одной цепью»).
Не секрет, что до сих пор, во всех правоохранительных органах действует, так называемая «палочная система», то есть деятельность правоохранительного органа оценивается по конкретным, вполне осязаемым показателям, таким как:

- раскрываемость преступлений для МВД, ФСБ, Госнаркоконтроля;
- число выявленных преступлений для МВД, ФСБ, Госнаркоконтроля;
- количество лиц, привлеченных к административной ответственности в МВД, Наркоконтроле, Прокуратуре;
- количество выявленных «укрытых от учета преступлений», в Прокуратуре;
- количество уголовных дел, возвращенных на дополнительное расследование следователям МВД, ФСКН и ФСБ в Прокуратуре;
- количество представлений прокурора и лиц, наказанных по представлениям в дисциплинарном порядке в Прокуратуре.

На первый взгляд, кажется, так и должно быть, прокуратура «шерстит» милицию, а те сопротивляются, в итоге прокурор «стоит на страже закона».
Однако есть одно большое «но».

В прокуратуре сравнительно небольшой штат сотрудников. Соответственно, если прокурор хочет, чтобы у него были хорошие показатели, то он должен «дружить» с начальниками правоохранительных органов ОВД, Госнаркоконтроля и ФСБ. Иначе, выполнять устные и письменные указания вышестоящих прокуроров он будет не в состоянии и его самого могут наказать.
Возьмем, к примеру недавнее указание Генерального прокурора РФ – о повышении нагрузки на следователей прокуратуры. (Можно подумать, что набрали лентяев, которые ничего не делают.)
Сейчас, следователь прокуратуры обязан направлять в суд в месяц не менее 2-х или 3-х уголовных дел, (в разных субъектах РФ по-разному). Иначе грозят сократить должность (откуда взяться независимости следователя в таких условиях?).
Складывается впечатление, что Генеральный прокурор очень хорошо знаком с философскими методами диалектики в частности с теорией «перехода количественных изменений в качественные». Я думаю, долго ждать не придется, количество оправдательных приговоров возрастет, а о следствии в прокуратуре будут говорить с еще большим неуважением, как о «малообразованных непрофессионалах».
Так, вот, «возвращаясь к нашим баранам», где прокурору взять столько дел, чтобы следователи могли их направить в суд, а именно не менее 2-х, 3-х уголовных дел, да не простых, а «раскрытых».
Ответ очевидный, эти преступления необходимо выявить. А кто же их будет выявлять? Прокурор, его заместитель или следователь прокуратуры? Если они, тогда когда же им выполнять другую работу, «основную»?
Остаются «крайними» правоохранительные органы.
Какие можно из этого сделать выводы?
Получается, что прокурор и начальник правоохранительного органа «связаны одной цепью» и соответственно обычно приходят к компромиссу:
Начальник правоохранительного органа: «Я тебе даю уголовные дела в нужном количестве, а ты мне не ставишь палки в колеса, и не пишешь необоснованные представления».
Прокурор: «Извини, у меня свои «палки», поэтому представления я писать буду, но ты мне сам скажешь на кого стоит направлять представления, а на кого нет. Однако выявленными преступлениями меня обеспечь на 100%»
Оба: «Договорились!».
При этом естественно, прокурор будет жестко реагировать на явные нарушения закона (иначе сам пострадаешь! - срабатывает чувство самосохранения), а на «мелкие» нарушения будет «закрывать глаза».
В любом случае и прокурор, и начальник правоохранительного органа понимает: если ты в этом году «срубишь» много «палок», то, что будешь делать на следующий год? На следующий год нужно «срубить», как минимум не меньше «палок» чем в этом. А иначе не видать тебе ни премий, ни «тринадцатой зарплаты», а то и выговор объявят и лишат части зарплаты (снизят надбавку за сложность и напряженность службы).
В реальной жизни все конечно не так прямо, определенная самостоятельность есть и у прокурора и у начальника правоохранительного органа, но к компромиссу приходят везде. Все прокуроры и правоохранительные органы стараются найти общие интересы, в правоохранительных органах, как правило наказывают только «козлов отпущения». (Сколько прокурор не пиши представлений, решение о наказании все равно принимает начальник).
Самое худшее в том, что на практике доказать наличие договоренности между прокурором и начальником правоохранительного органа практически невозможно, хотя такая практика распространена повсеместно.
Все это, касается следователей и других органов. Возьмем например следователей прокуратуры. Непосредственный надзор за ними ведет прокурор. Следователям прокуратуры практически не возвращают дела на дополнительное расследование.
Ну, значит это элита, скажете Вы и ошибетесь. Почему?
Во-первых, в прокуратуре существует негласное правило «из милиции людей не брать, или брать только в крайнем случае». Поэтому практически все следователи в прокуратуре молодые люди со стажем работы до 3-х 5-ти лет.
Во-вторых, прокурор непосредственно отвечает за «качество» следствия в прокуратуре.
Теперь, представьте, как прокурор, может вернуть следователю прокуратуры для дополнительного следствия уголовное дело, если потом прокурора накажут вместе со следователем? Дела проверяются, даются указания, но официально на дополнительное расследование не возвращаются. Это прерогатива вышестоящего прокурора (обычно уровня субъекта федерации, которому тоже нужны «палки».
Вот так и уходят в суд «сырые» дела, расследованные за несколько дней, лиж бы уложиться в «норматив». Вообще о каком качестве расследования можно говорить, если все показатели упираются в количество направленных уголовных дел в суд?
Дознаватели находятся в еще худшем положении, у них есть и надзирающий прокурор, и начальник дознания, и начальник органа дознания, и начальник всего правоохранительного органа.
В общем вот так мы и «боремся с коррупцией».
Для тех, кто не связан с юриспруденцией, я думаю будет интересно узнать, как следователь расследует уголовные дела, открываю «страшную» тайну. Смотрите и запоминайте!

Несколько слов о том, чем занимается следователь (как он расследует уголовные дела).

Для примера возьмем обычное, стандартное, не слишком сложное, уголовное дело по ст. 111 ч. 4 УК РФ (подследственность прокуратуры).
С момента получения заявления (сообщения) следователь, как до возбуждения уголовного дела, так и после возбуждения уголовного дела выполняет определенную работу.

До возбуждения уголовного дела, то есть при проведении проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ, следователь выполняет:

- осмотр места происшествия, с изъятием будущих вещественных доказательств,
- получает объяснения от будущего «обвиняемого», будущего «потерпевшего», будущих свидетелей.
- назначает судебные экспертизы (или исследования), в разных субъектах РФ по разному.
- выносит постановление о возбуждении уголовного дела и идет к прокурору, для его утверждения.

На все это следователю дается 3-е суток, в исключительных случаях (на практике, как правило) можно продлить срок до 10 суток, и если необходимо проведение документальных проверок, то срок проверки можно продлить до 30 суток.
В итоге, на все потрачено:
От 30 минут до нескольких часов на осмотр места происшествия, 1 час на работу с бумагами (вынесение постановлений и т.п.), не менее чем по 30 минут на каждое объяснение от указанных выше лиц. Все это не считая времени на организационные мероприятия (организацию выездов, направления повесток и т.п.).
Самое смешное в том, что УПК РФ не предусматривает получение объяснений от кого-либо, до возбуждения уголовного дела (такая форма доказательств, как объяснения УПК РФ не предусмотрены, откровенно говоря, вообще непонятно, что следователь имеет право делать до возбуждения уголовного дела, настолько запутана ст. 146 УПК РФ, в частности в ней указано, что «к постановлению о возбуждении уголовного дела «прилагаются материалы проверки сообщения о преступлении, а в случае производства отдельных действий по закреплению следов преступления и установлению лица, его совершившего (осмотр места происшествия, освидетельствование, назначение судебной экспертизы)»). Как проводить «проверку сообщения о преступлении» в УПК РФ не указано, в каждом субъекте РФ эту норму трактуют по своему.
В итоге, выходит, что получение объяснений УПК РФ не предусмотрено, а значит незаконно, соответственно, принятие решения о возбуждении уголовных дел на основании объяснений тоже незаконно, но на это абсолютно все закрыли глаза, потому что все понимают, что иначе «оснований для возбуждения уголовных дел» не добыть.
Как правило, к моменту возбуждения уголовного дела, следователем фактически полностью проведено расследование и установлен факт наличия (отсутствия) преступления, а часто установлены и виновные лица (если преступление очевидно).
После проведения проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ, прокурор дает согласие на возбуждение уголовного дела (либо отказывает в даче согласия на возбуждение уголовного дела, либо возвращает все материалы на дополнительную проверку).
Вообще современное нововведение, связанное с процедурой дачи согласия прокурором согласия на возбуждение уголовного дела очень неоднозначно.
При предъявлении обвинения следователь согласие прокурора на квалификацию и объем обвинения не получает, но возбудить уголовное дело без согласия прокурора не может. Парадокс. Хуже всего то, что такая практика дает возможность «нечистым на руку» сотрудникам прокуратуры на «укрывательство преступлений» путем отказа в даче согласия на возбуждение уголовных дел. Заявления Генерального прокурора о том, что таким образом прокуратура «борется с заказными уголовными делами», по меньшей мере смешно, так как главные заказчики таких уголовных дел именно прокуроры. Именно им нужны «громкие» процессы, именно прокуроры сейчас «борются с коррупцией».

Однако, перейдем к работе следователя:
Теперь, вся предыдущая работа, начинает повторяться, но уже по-другому, в рамках «расследования уголовного дела».
Все доказательства, полученные следователем ранее, приводятся в соответствие с УПК РФ, собираются также и новые доказательства.
У многих может возникнуть резонный вопрос, а зачем нужно предварительное следствие, если все уже известно и можно вести судебное разбирательство?
В странах с «островной» системой права (например, в Великобритании) отвечают, что предварительное следствие и не нужно, теперь дело за судом! То есть все ограничивается проведенным «дознанием». В странах с «континентальной» системой права (например, во Франции), и в России, ведется предварительное следствие.

После возбуждения уголовного дела следователь выполняет:

- Дополнительные осмотры места происшествия,
- Выносит постановления об обысках (необходимо судебное решение),
- Проводит выемки (судебное решение необходимо не во всех случаях),
- Осматривает предметы, изъятые ранее, при этом, для проведения подавляющего большинства следственных и иных процессуальных действий следователь приглашает понятых.
- Приобщает изъятые предметы в качестве вещественных доказательств, либо возвращает их владельцам,
- Задерживает «подозреваемого» на 48 часов и, в течении 24 часов его допрашивает, также допрашивает ранее опрошенных лиц в качестве свидетелей, выносит постановление о признании «пострадавшего» потерпевшим, (без бумажки ты …), допрашивает потерпевшего. На все это следователю дается 40 часов (материалы на «арест» должны быть направлены в суд за 8 часов до истечения срока задержания). Затем с ходатайством об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу следователь обращается к прокурору, и если прокурор его подпишет, в суд.
Крайне желательно успеть предъявить обвинение задержанному лицу и допросить его в качестве обвиняемого. Где и как следователь будет искать защитника обвиняемому, никого не волнует. Но, согласно ст. 75 УПК РФ, «показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде» будут признаны недопустимыми доказательствами. Грубо говоря в этом случае следователь «сработал на корзину».
Если следователь не задерживал подозреваемого, то все указанные действия выполняются, но в более разумные сроки, и вместо заключения под стражу, избирается другая мера пресечения (например, подписка о невыезде).

- Далее изымаются образцы крови, слюны и т.п. от обвиняемого, свидетелей, потерпевшего (его трупа);
- После предъявления обвинения, назначаются все, ранее не назначенные, но необходимые судебные экспертизы;
- С постановлениями о назначении экспертиз знакомятся потерпевший и обвиняемый;
- Даются отдельные поручения органам дознания об установлении дополнительных свидетелей, данные свидетели допрашиваются;
- На обвиняемого направляются запросы о предоставлении характеристик с места работы, учебы, запрашивается сведения о судимостях, справки от психиатра, нарколога (если обвиняемый состоит на учете у психиатра, то возникает необходимость проведения судебно-психиатрических экспертиз);
- После того, как заключения эксперта готовы (обычно это не менее 1-го месяца), следователь предъявляет окончательное обвинение, допрашивает обвиняемого;
- Знакомит с заключениями экспертиз, потерпевшего и обвиняемого;
- Выполняет все невыполненные ранее следственные действия, которые необходимы (дополнительные допросы, очные ставки и т.п.);
- Знакомит потерпевшего с материалами уголовного дела (по его желанию);
- Знакомит обвиняемого с материалами уголовного дела (обязательно) и его защитника;
- Составляет обвинительное заключение, направляет уголовное дело с обвинительным заключением на подпись прокурору.

Кроме того, следователь разрешает ходатайства обвиняемого, его защитника и потерпевшего, если они поступают. Признает потерпевшего гражданским истцом, если, гражданский иск заявлен, и признает обвиняемого гражданским ответчиком. Принимает меры по обеспечению гражданского иска, то есть производит арест имущества обвиняемого (необходимо судебное решение). Принимает меры попечительского характера в отношении иждивенцев обвиняемого (если таковые есть). При необходимости продляет срок следствия, у прокурора, продляет срок стражи, в суде.

Ну как, «неюристы», неплохой объем работы? А с учетом, того, что в производстве следователя одновременно может быть от 2 до 15 уголовных дел и больше? И сдавать в суд нужно не менее 2-х уголовных дел в месяц? Останется ли у следователя время на проявление «самостоятельности»?
Это еще не все, после подписания уголовного дела прокурором, следователю нужно составить статистические карточки, всего не менее 3-х карточек.
Не забывайте, что работаем на «палочки» и «галочки».

Немного отвлечемся:
Самый частый вопрос свидетеля, вызванного на допрос: «А почему Вы меня вызвали, я ведь уже давал(а) показания?».
Приходится отвечать, что: «у нас такой закон, то был не допрос, а получение объяснения».
В чем разница между допросом и получением объяснения, я лично не понимаю. Тем не менее, допрашивать до возбуждения уголовного дела следователь не вправе! В итоге, работа получается, как минимум, двойная. (О том, что свидетеля вызовут еще и в суд, где тоже будут допрашивать, даже говорить ему стыдно.)
Самое большое желание у потерпевшего, особенно по делам о «хищениях»: забрать украденные вещи (если они найдены), и забыть об этих бесконечных повестках к следователю и в суд.

Не забывайте, что следователь проводит еще и проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ, делает так называемые «отказные», то есть, когда по результатам проведенной проверки принимается решение об отказе в возбуждении уголовного дела. На это тоже нужно время! Я и не говорю о том, что иногда решения по «отказным» отменяются и проводятся дополнительные проверки.

Несколько слов о прокуроре (курирующем предварительное следствие заместителе прокурора).

Прежде всего, сообщу Вам очередную «страшную тайну»:
Даже в самом маленьком сельском районе, в наличии не менее 10-15 следователей, и не менее 2-3 дознавателей. В крупных городах в районных отделах (управлениях), ГОМах и т.п., бывает до 100 следователей и дознавателей, и больше. У каждого следователя и дознавателя в производстве находится по нескольку уголовных дел. Не все дела раскрытые, есть и, так называемые, «висяки», то есть не раскрытые уголовные дела, по ним тоже ведется следствие. Заместитель прокурора одновременно по всем уголовным делам, находящимся в производстве у следователей и дознавателей, должен вести надзор за ходом расследования (не считая другой работы, входящей в его обязанности, как-то: проведение прокурорских проверок, рассмотрение жалоб граждан и т.п.).
Он же, дает согласие на возбуждение уголовных дел, он же (либо помощник прокурора) проверяет законность принятия решений об отказе в возбуждении уголовных дел.
После поступления уголовного дела в прокуратуру с обвинительным заключением (другим решением), заместитель прокурора проверяет законность проведенного расследования, правильность квалификации деяния виновного, относимость и допустимость доказательств, полноту следствия, законность приостановления следствия, либо прекращения уголовного дела и т.п.
По результатам проверки заместитель прокурора принимает решение либо о направлении уголовного дела в суд, либо о прекращении уголовного дела, либо о возвращении уголовного дела для дополнительного следствия.
Основная масса уголовных дел поступает в прокуратуру в конце месяца, а срок проверки уголовных дел 5 суток. В состоянии ли один человек, качественно проверить все поступившие к нему уголовные дела?
Кто бы и что бы Вам не говорил, это просто невозможно. Часто срабатывает принцип выборочности. Заместитель прокурора выборочно проверяет уголовные дела (например неаккуратно подшитые), остальные подписывает «не глядя». Учитывая спешку и загруженность следователей, свои «палки» - то есть количество уголовных дел, возвращенных на дополнительное следствие, заместитель прокурора, может набрать, не особенно напрягаясь.
Идеальных уголовных дел не бывает, можно смело любое из поступивших возвращать на дополнительное следствие, основания к возвращению всегда можно найти.
Есть, конечно и уголовные дела, которые имеют общественный резонанс, такие уголовные дела проверяются более тщательно.
Вообще, чем больше объем работы выполняемой одним человеком, тем хуже качество ее исполнения. Об этом все знают, но благополучно не вспоминают.
Далее идут судебные стадии уголовного процесса, в которых принимает участие государственный обвинитель, но о них мы поговорим позже, в главе о состязательности уголовного процесса.

Небольшое подведение итогов:

Для чего нужно предварительное следствие?
Изначально оно было нужно, для того, чтобы суду было удобно рассматривать уголовное дело и выносить приговор. Кроме того, независимый следователь мог, не доводя уголовное дело до суда установить истину и прекратить уголовное дело, если не было оснований привлекать человека к уголовной ответственности.
Формально, то же самое мы видим и теперь, следователь «готовит» уголовное дело для суда. Поэтому его деятельность и называется «предварительное следствие», позже в суде, будет «судебное следствие».
С этой точки зрения работа следователя и судьи мало, чем отличается. Судья находится в более выгодных условиях, он рассматривает уже «готовое» уголовное дело.
Эффективна ли работа следователя в России, нет ли дублирования работы?
Работа следователя малоэффективна, излишне формализована, одни и те же действия (опрос и допрос, исследование эксперта и заключение эксперта, осмотр места происшествия и последующий осмотр изъятых предметов и т.п.) дублируются, существует очень много формальностей в сборе доказательств: в частности обязательное участие понятых, вынесение различных постановлений о признании чего-либо и кого-либо, чем-либо и кем-либо и т.п. При этом следователя всегда можно наказать за «волокиту».
С учетом высокой формализованности следственных действий, многие ошибки следователя могут в дальнейшем повлечь признание доказательств, полученных следователем недопустимыми. Например, при осмотре места происшествия, не было понятых, следователь нарушил УПК, так как не смог их найти (как правило, ночью, обычно этим грешат молодые следователи, которые находятся под влиянием других участников следственно-оперативных групп и забывают, что именно они несут персональную ответственность за осмотр места происшествия). Кроме того, к понятым существуют особые требования, они должны быть незаинтересованными в исходе уголовного дела, старше 18 лет. Если в суде выяснится, что понятой заинтересован в исходе дела, то доказательство признают недопустимым. А попробуй-ка, выясни, есть ли у понятого личная заинтересованность, если нужно срочно изымать следы преступления?! Даже если следователь смог обеспечить участие понятых, не исключено, что они назвали вымышленные имена и фамилии, либо это «штатные» понятые сотрудников органа дознания.
Бывает так, что следователь забыл вынести постановление о принятии уголовного дела к производству, либо прокурор не вынес постановление об изъятии и передаче уголовного дела от одного следователя другому, все это также ведет к признанию доказательств недопустимыми.
Независим ли следователь?
Отнюдь нет, об этом сказано выше, на следователя оказывается давление со всех сторон, как минимум с него требуют «сдавать дела». У следователя огромные объемы работы по каждому уголовному делу, и у него несколько уголовных дел в производстве, станет ли следователь спорить с начальником следственного отдела или прокурором, если знает, что его всегда могут наказать за «волокиту» по какому либо из находящихся у него в производстве уголовных дел?
Может ли следователь качественно, расследовать уголовные дела?
Да может, но только в том случае, когда он действительно в состоянии осилить весь объем работы, без ненужной спешки и давления со стороны.
Нужна ли реформа предварительного следствия?
Да, реформа необходима! Кроме того, для обеспечения независимости следователя следственные органы как минимум, необходимо выделить в отдельный, независимый от других правоохранительных органов институт судебной власти, а в идеале, для обеспечения действительной независимости следователя, обвинительная власть должна быть отделена от следственной.
Нужно ли нам предварительное следствие, если любая, даже формальная ошибка может повлечь признание доказательств, полученных следователем недопустимыми?
Об этом мы поговорим позже, в соответствующей главе.

3. Краткий анализ некоторых норм Конституции РФ, норм УПК РФ, ведомственных приказов, и их сравнение.

Начнем с конституции РФ, с ней же мы будем сравнивать действующие в РФ другие законы и ведомственные приказы.

Прежде всего, следует отметить, что Конституция РФ это основной закон России, и все законы в РФ должны соответствовать Конституции РФ. По крайней мере, так продекларировано в самой Конституции РФ.

Теперь проанализируем некоторые нормы Конституции РФ:

Статья 19 Конституции РФ:
1. Все равны перед законом и судом.
2. Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности.
3. Мужчина и женщина имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации.

Как видите, согласно части третьей этой статьи Конституции РФ, мужчины и женщины равны перед законом.

Теперь открываем уголовный кодекс РФ и смотрим ст. 58 и 59 УК РФ:

Статья 58. Назначение осужденным к лишению свободы вида исправительного учреждения.

1. Отбывание лишения свободы назначается:
а) лицам, осужденным за преступления, совершенные по неосторожности, а также лицам, осужденным к лишению свободы за совершение умышленных преступлений небольшой и средней тяжести, ранее не отбывавшим лишение свободы, - в колониях-поселениях. С учетом обстоятельств совершения преступления и личности виновного суд может назначить указанным лицам отбывание наказания в исправительных колониях общего режима с указанием мотивов принятого решения;
б) мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, а также женщинам, осужденным к лишению свободы за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, в том числе при любом виде рецидива, - в исправительных колониях общего режима;
в) мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, а также при рецидиве или опасном рецидиве преступлений, если осужденный ранее отбывал лишение свободы, - в исправительных колониях строгого режима;
г) мужчинам, осужденным к пожизненному лишению свободы, а также при особо опасном рецидиве преступлений - в исправительных колониях особого режима.
2. Мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений на срок свыше пяти лет, а также при особо опасном рецидиве преступлений отбывание части срока наказания может быть назначено в тюрьме, при этом суд засчитывает время содержания осужденного под стражей до вступления в законную силу обвинительного приговора в срок отбывания наказания в тюрьме.
3. Лицам, осужденным к лишению свободы, не достигшим к моменту вынесения судом приговора восемнадцатилетнего возраста, отбывание наказания назначается в воспитательных колониях.
4. Изменение вида исправительного учреждения осуществляется судом в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации.

Статья 59. Смертная казнь

1. Смертная казнь как исключительная мера наказания может быть установлена только за особо тяжкие преступления, посягающие на жизнь.
2. Смертная казнь не назначается женщинам, а также лицам, совершившим преступления в возрасте до восемнадцати лет, и мужчинам, достигшим к моменту вынесения судом приговора шестидесятипятилетнего возраста.
3. Смертная казнь в порядке помилования может быть заменена пожизненным лишением свободы или лишением свободы на срок двадцать пять лет.

При анализе данных норм УК РФ, в сравнении с Конституцией РФ, напрашиваются интересные выводы: оказывается, что мужчина может быть наказан гораздо более строго, чем женщина, к женщинам не применяется смертная казнь. Максимально строгий режим содержания в исправительных учреждениях для женщин – колония общего режима, а для мужчин – колония особого режима или даже тюрьма.
Я ничего не имею против женщин, но о каком равенстве прав мужчин и женщин можно говорить, если согласно УК РФ мужчину можно наказывать гораздо строже, вплоть до узаконенного убийства государством – смертной казни? По моему, в этих нормах УК РФ видна явная несправедливость.
Уважаемые женщины и защитники женщин, я не предлагаю ужесточить наказание для женщин, надо лишь привести в соответствие с Конституцией РФ объем и степень наказания для мужчин. Одним словом, не повезло «преступникам», которые родились мужчинами!
Я и не говорю о ст. 82 УК РФ, которая предусматривает отсрочку исполнения наказания для женщин, имеющих детей в возрасте до 14 лет, и не предусматривает такой отсрочки для мужчин, воспитывающих детей в одиночку.
Статья 22 Конституции РФ:
1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.
2. Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов.
Интересно, а так ли это на самом деле? Действительно ли в нашей стране человека нельзя задержать на срок свыше 48 часов?
Формально да, этот принцип провозглашен в ст. 10 УПК РФ.

Вместе с тем, вот, что мы имеем на практике:

Согласно ст. 46 УПК РФ подозреваемым является лицо,
- либо в отношении которого возбуждено уголовное дело,
- либо которое задержано в соответствии со ст. 91 и 92 УПК,
- либо к которому применена мера пресечения до предъявления обвинения.

А при каких обстоятельствах можно задержать подозреваемого?

Смотрим Статью 91. УПК РФ Основания задержания подозреваемого.

1. Орган дознания, дознаватель, следователь или прокурор вправе задержать лицо по подозрению в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы, при наличии одного из следующих оснований:
1) когда это лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения;
2) когда потерпевшие или очевидцы укажут на данное лицо как на совершившее преступление;
3) когда на этом лице или его одежде, при нем или в его жилище будут обнаружены явные следы преступления.
2. При наличии иных данных, дающих основание подозревать лицо в совершении преступления, оно может быть задержано, если это лицо пыталось скрыться, либо не имеет постоянного места жительства, либо не установлена его личность, либо если прокурором, а также следователем или дознавателем с согласия прокурора в суд направлено ходатайство об избрании в отношении указанного лица меры пресечения в виде заключения под стражу.

Значит лицо, совершившее преступление, можно задержать до возбуждения уголовного дела?
Вы что, кто Вам это сказал? Смотрите ст. 146 УПК РФ, о которой мы уже говорили, разве там указано, что к постановлению о возбуждении уголовного дела прикладывается протокол задержания подозреваемого?
Нет, не указано, это значит, что до возбуждения уголовного дела задержать лицо нельзя.
Выходит, что перед задержанием нам надо возбудить уголовное дело, а до возбуждения уголовного дела надо провести проверку в порядке ст. 144-145 УПК РФ (нужны поводы и основания для возбуждения уголовного дела), и только потом можно кого-то задержать.
А если нам доподлинно известно, что лицо, совершившее преступление может скрыться? Задержать как-то по другому? «Вот, как-то так?...».
В общем: «Выкручивайтесь, как хотите, и человека не упустите, и уголовное дело возбудите, и в 48 часов задержания уложитесь?». А ведь срок проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ 3 суток (10 суток и 30 суток в исключительных случаях).
Что же нам остается делать?
Вот так и получается, что лицо, совершившее преступление, всеми правдами и неправдами следователь и сотрудники органов дознания, стараются не «упускать» из своего поля зрения, до возбуждения уголовного дела, а сразу после возбуждения уголовного дела задерживают, как положено. Естественно, то время, которое подозреваемый провел в «органах» до возбуждения уголовного дела не зачитывается в срок его задержания.
Самое плохое в этой ситуации в том, что прокурор может и не дать следователю согласие на возбуждение уголовного дела, а в отношении следователя и сотрудников органа дознания прокурор может возбудить уголовные дела за «злоупотребление должностными полномочиями» (фактически за незаконное лишение свободы).
Получается, что сотрудники органов дознания и следователь, вынуждены «ходить по лезвию бритвы», им и отпустить человека нельзя, так как проводится проверка в порядке ст. 144-145 УПК РФ, а «виновный» может скрыться, и задержать «виновного» нельзя, так как уголовное дело еще не возбуждено.
Так что норма о задержании подозреваемого на месте преступления не более, чем декларация. А согласие прокурора на возбуждение уголовного дела – главный тормоз в эффективной борьбе с преступностью.
Раньше, в рамках УПК РСФСР 1960 г. следователь самостоятельно возбуждал уголовные дела, дознаватель возбуждал уголовные дела с согласия начальника органа дознания. На месте совершения преступления следователь или начальник органа дознания мог немедленно возбудить уголовное дело, и сразу же начинать совершать следственные действия. То есть, от фактического задержания лица на месте преступления, до возбуждения уголовного дела проходило не более 2-х 3-х часов, и не надо было собирать кучу объяснений, а потом передопрашивать тех, с кого они ранее были получены.
Вот Вам еще один пример ограничения самостоятельности следователя в ныне действующем УПК РФ.
Можно конечно возразить, на мои доводы, сказав, что прокурор может лично и немедленно возбудить уголовное дело. Но тогда прокурора надо обязать проводить все проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ, и выезжать на все осмотры места происшествия, а это просто невозможно, прокурору тогда на остальную работу не останется времени.

Статья 50 Конституции РФ:
1. Никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление.
2. При осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.
3. Каждый осужденный за преступление имеет право на пересмотр приговора вышестоящим судом в порядке, установленном федеральным законом, а также право просить о помиловании или смягчении наказания.

Я думаю, что нам стоит подробнее остановиться на 2-й части этой статьи Конституции РФ, которая касается доказательств.

Смотрим ст. 74 и 75 УПК РФ:

Статья 74. Доказательства

1. Доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.
2. В качестве доказательств допускаются:
1) показания подозреваемого, обвиняемого;
2) показания потерпевшего, свидетеля;
3) заключение и показания эксперта;
3.1) заключение и показания специалиста;
4) вещественные доказательства;
5) протоколы следственных и судебных действий;
6) иные документы.

Статья 75. Недопустимые доказательства

1. Доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 настоящего Кодекса.
2. К недопустимым доказательствам относятся:
1) показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде;
2) показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности;
3) иные доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса.

Значит, с формальной точки зрения, все доказательства, перечисленные в ст. 74 УПК РФ, полученные с нарушением закона, будут считаться недопустимыми.
Степень нарушения закона не указана, а значит, любое нарушение закона влечет признание доказательства недопустимым. Как-то:
- Нарушение порядка проведения следственного действия;
- Допущение следователем любых, в том числе технических ошибок;
- Участие при проведении следственного действия понятых, если впоследствии будет установлено, что они являются заинтересованными лицами.
- Составление протокола следственного действия ненадлежащим лицом.
- Отсутствие чьих-то подписей, (одной подписи).
- Любые иные нарушения.

Самое худшее заключается в том, что признание одного, основного доказательства (например, протокола осмотра места происшествия), может повлечь исключение всех остальных доказательств, полученных на его основе.
Знающие адвокаты этим пользуются, и практически не вмешиваясь в ход следствия, «ломают» в суде уголовные дела, доводя их либо до оправдательного приговора, либо до отказа государственного обвинителя от обвинения.
В итоге, следователь не имеет право ошибаться, любая его ошибка может стать фатальной.
Законы в РФ должны соответствовать Конституции РФ, но закон создается для того, чтобы превратиться в «дышло» из русской народной пословицы. Я считаю, что законодатель обязан указать все конкретные случаи нарушения закона, при которых доказательство признается судом недопустимым.
Сегодня мы видим в суде состязание крючкотворов, выискивающих ошибки допущенные следователем, из которых одна сторона пытается доказать, что обнаруженные ошибки влекут признание доказательств недопустимыми, а вторая сторона пытается доказать, что ошибки незначительны и не нарушают законов РФ. При всем при этом, существует столько тонкостей и разных мнений на одно и то же нарушение, что нет никакой единой практики, которой мог бы руководствоваться следователь или суд при оценке допустимости доказательства.
На мой взгляд, доказательство должно признаваться недопустимым только при умышленном нарушении закона при его получении. То есть такие доказательства, которые получены под пытками, при незаконных обысках и т.п. А формальные ошибки, например, нарушение порядка производства следственного действия, связанное с участием понятых, которые впоследствии оказались заинтересованными в исходе уголовного дела, технические ошибки и т.п. не должны влечь за собой признание доказательств недопустимыми.
Вообще, я считаю, что институт понятых – этот пережиток советского времени, не только не полезен, а наоборот вреден.
Ну кто мешает обвиняемому подкупить понятого, попросив его сказать в суде, что он «был крайне заинтересован в исходе дела», как правило, понятыми являются люди живущие по соседству от места совершения преступления. И они действительно часто заинтересованы в исходе дела, так как знакомы с потерпевшим или обвиняемым.
Разве вспомнит человек, через несколько месяцев то, что он видел при осмотре места происшествия? Не каждый следователь будет говорить: «Товарищи понятые, обратите внимание, запомните, и т.п.». А если понятой вызванный в суд запутается, не сможет вспомнить как проводилось следственное действие и скажет, что он ничего не помнит, и ничего не видел, то появятся основания для исключения данного следственного действия из доказательств, так как понятые должны были все увидеть и запомнить.
С другой стороны эксперт, когда проводит экспертизу, тоже осматривает вещественные доказательства, но он при этом понятых не приглашает. Парадокс.
В настоящее время, при проведении следственных действий часто используются: фотоаппараты, видеокамеры и другие технические средства, сфальсифицировать, что-либо при проведении следственных действий с использованием технических средств, практически невозможно. Но институт понятых жив и по сей день.
О нашем законодательстве можно говорить бесконечно долго, но пора переходить к следующей части моего повествования. В ней мы продолжим анализ некоторых норм УПК РФ.

4. Состязателен ли наш уголовный процесс?

Статья 15. уголовно процессуального кодекса РФ провозглашает:

1. Уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон.
2. Функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо.
3. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.
4. Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.


Теперь давайте, проверим, действительно ли то, что указано в этой статье соответствует действительности.

Начнем с малого и вспомним ст. 74 УПК РФ:

Итак, в качестве доказательств допускаются:

1) показания подозреваемого, обвиняемого;
2) показания потерпевшего, свидетеля;
3) заключение и показания эксперта;
3.1) заключение и показания специалиста;
4) вещественные доказательства;
5) протоколы следственных и судебных действий;
6) иные документы.

Все указанные доказательства получает следователь, который законом отнесен к стороне обвинения. Только это одно говорит о том, что функции обвинения, и разрешения уголовного дела не отделены друг от друга и возложены на одно и то же должностное лицо – следователя (либо прокурора, который вправе полностью самостоятельно расследовать уголовное дело.

Следующая норма, идущая в разрез с этим правилом, это права защитника по сбору доказательств указанные в статье 86 УПК РФ, итак:
1. Собирание доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных настоящим Кодексом.
2. Подозреваемый, обвиняемый, а также потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители вправе собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств.
3. Защитник вправе собирать доказательства путем:
1) получения предметов, документов и иных сведений;
2) опроса лиц с их согласия;
3) истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии.
Следователь, прокурор суд собирают доказательства путем производства следственных действий, а адвокат сами видите каким образом. А ведь следователь, изучив те объяснения, которые ему принес адвокат, может отказать в допросе тех граждан, которых опросил адвокат. А справки и иные документы следователь обязан осмотреть и приобщить в качестве доказательств, кто мешает следователю сознательно произвести осмотр справок и иных документов с нарушениями УПК РФ, чтобы впоследствии их признали недопустимыми доказательствами?
Вот тебе и равноправие сторон:

Теперь немного поговорим о судебных стадиях и независимости государственного обвинителя перед вышестоящим прокурором:

Статья 246. Участие обвинителя

1. Участие в судебном разбирательстве обвинителя обязательно.
2. Участие государственного обвинителя обязательно в судебном разбирательстве уголовных дел публичного и частно-публичного обвинения.
3. По уголовным делам частного обвинения обвинение в судебном разбирательстве поддерживает потерпевший.
4. Государственное обвинение могут поддерживать несколько прокуроров. Если в ходе судебного разбирательства обнаружится невозможность дальнейшего участия прокурора, то он может быть заменен. Вновь вступившему в судебное разбирательство прокурору суд предоставляет время для ознакомления с материалами уголовного дела и подготовки к участию в судебном разбирательстве. Замена прокурора не влечет за собой повторения действий, которые к тому времени были совершены в ходе судебного разбирательства. По ходатайству прокурора суд может повторить допросы свидетелей, потерпевших, экспертов либо иные судебные действия.
5. Государственный обвинитель представляет доказательства и участвует в их исследовании, излагает суду свое мнение по существу обвинения, а также по другим вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства, высказывает суду предложения о применении уголовного закона и назначении подсудимому наказания.
6. Прокурор предъявляет или поддерживает предъявленный по уголовному делу гражданский иск, если этого требует охрана прав граждан, общественных или государственных интересов.
7. Если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он отказывается от обвинения и излагает суду мотивы отказа. Полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.
8. Государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может также изменить обвинение в сторону смягчения путем:
1) исключения из юридической квалификации деяния признаков преступления, отягчающих наказание;
2) исключения из обвинения ссылки на какую-либо норму Уголовного кодекса Российской Федерации, если деяние подсудимого предусматривается другой нормой Уголовного кодекса Российской Федерации, нарушение которой вменялось ему в обвинительном заключении или обвинительном акте;
3) переквалификации деяния в соответствии с нормой Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей более мягкое наказание.
9. Пересмотр определения или постановления суда о прекращении уголовного дела ввиду отказа государственного обвинителя от обвинения допускается лишь при наличии новых или вновь открывшихся обстоятельств в соответствии с главой 49 настоящего Кодекса.
10. Прекращение уголовного дела ввиду отказа государственного обвинителя от обвинения, равно как и изменение им обвинения, не препятствует последующему предъявлению и рассмотрению гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства.
Теперь давайте откроем Приказ Генеральной прокуратуры РФ от 3 июня 2002 г. № 28 «Об организации работы прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства».

Нас, прежде всего, интересует пункт 1.10, который гласит:
1.10. Учитывая, что ответственность за обоснованность возбуждения уголовного преследования, направления дела в суд возложена на прокурора, а пересмотр судебного решения в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения допускается только при наличии новых или вновь открывшихся обстоятельств, при расхождении позиции государственного обвинителя с содержанием предъявленного обвинения безотлагательно принимать согласованные меры, обеспечивающие в соответствии с ч. 4 ст. 37 УПК РФ законность и обоснованность государственного обвинения.
В случае принципиального несогласия прокурора с позицией государственного обвинителя в соответствии со ст. 246 УПК РФ решать вопрос о замене государственного обвинителя либо поддерживать обвинение лично тому прокурору, который утвердил обвинительное заключение или обвинительный акт.
Ну, как Вам эта ведомственная норма права? Невооруженным взглядом прослеживается аналогия с ч.4 ст. 38 УПК РФ, «в случаях, предусмотренных частью третьей настоящей статьи, прокурор отменяет указание нижестоящего прокурора или поручает производство предварительного следствия по данному уголовному делу другому следователю».
Да, но та норма предусмотрена УПК РФ, а это лишь ведомственный приказ, который не может заменять собою закон. Однако спросите любого работника прокуратуры, чего он боится нарушить больше, закон или ведомственную инструкцию или приказ Генерального прокурора?
Вспоминается анекдотичный случай, когда один прокурор района, не стану говорить какого и в каком субъекте РФ, в 2002 г. летом, сразу после вступления в силу нового УПК РФ от 2001 г. получил из прокуратуры субъекта РФ ведомственный приказ Генерального прокурора, об организации дознания. В его экземпляре не откопировалась цифра «1», в числе «15», в сведениях, где был указан срок производства дознания. Была только цифра «5». То есть по приказу получалось, что срок дознания пять дней. Напомню, что первоначально срок дознания был 15 дней, а позже его увеличили до 20 дней. После получения этого приказа, прокурор района дал указание всем дознавателям оканчивать уголовные дела в течении 5 суток. Вся эта «катавасия» длилась примерно 1 месяц, пока не пришли другие экземпляры приказа, где обе цифры были хорошо пропечатаны.
Вот такое слепое выполнение указаний Генерального прокурора РФ подчиненными ему чиновниками сохраняется и сейчас. Наверное, должно, как в Библии, пройти 40 лет с момента развала СССР, прежде чем люди «забудут о рабстве».
На практике все выглядит так:
Государственный обвинитель приходит к выводу, что подсудимый невиновен, либо его действия квалифицированы неверно.
После этого государственный обвинитель просит отложить судебное разбирательство «для решения вопроса о поддержании обвинения в дальнейшем, либо об отказе от обвинения». Судья может отложить судебное разбирательство, а может и не откладывать. В УПК не предусмотрено получение государственного обвинителя согласия на отказ от обвинения, он самостоятелен.
Если судья объявляет перерыв, то государственный обвинитель составляет мотивированный рапорт, в котором излагает свою позицию, с рапортом он идет к прокурору (его заместителю), утвердившему обвинительное заключение. После получения резолюции прокурора, утвердившего обвинительное заключение, государственный обвинитель идет к прокурору. Прокурор либо соглашается с мнением государственного обвинителя, либо поручает поддерживать обвинение лицу, утвердившему обвинительное заключение.
На практике государственному обвинителю и прокурор, утвердивший обвинительное заключение, и вышестоящий прокурор обычно говорят, что-то вроде: «Не рыпайся, поддерживай обвинение, а рапорт свой уничтожь!». Как ни крути, но работодателем государственного обвинителя является именно прокурор, а спорить со своим начальником дело неблагодарное.
Остались ли у Вас сомнения о том, что состязательность нашего процесса, на предварительном следствии не более, чем фикция?
Слава Богу, что суд сейчас стал относительно независим и так просто, как раньше, прокурор не может сказать судье: «выноси обвинительный приговор, иначе лишишься своей должности!». Да и «телефонное право» ныне не такое, как во времена СССР. Кое какие ростки демократии все же есть.
Я думаю, что многие смотрят телевизор, читают газеты, просматривают новостные сайты в Интернете, вспомните сами, много ли «громких дел» дошло до суда за последние несколько лет?
В суде, государственный обвинитель (прокурор) и защитник, находятся в равных условиях. Судья, в идеале независим от обоих, хотя и над ним висит дамоклов меч в виде отмененных и измененных приговоров.
На практике часто случается так, что адвокат, прокурор и государственный обвинитель в спорных ситуациях находят компромисс. Прокурор обещает не писать кассационное представление, а адвокат кассационную жалобу. Если приговор «устоит» все довольны. К сожалению, судья, бывший работник правоохранительных органов в СССР, скорее вынесет обвинительный, но мягкий (обычно с условной мерой наказания) приговор, чем вынесет оправдательный приговор.
В суде ни прокурор, ни адвокат не могут проводить следственные действия. Все следственные действия вправе совершать лишь суд, по ходатайству сторон. В судебном заседании адвокат может активно использовать для построения линии защиты следственные ошибки, исключая доказательства, а прокурор может восполнить недостатки следствия путем подачи ходатайства о вызовах дополнительных свидетелей, назначения судебных экспертиз и т.п.
Однако именно в суде, особенно с участием присяжных заседателей, когда судья связан мнением общественности, прокуроры часто проигрывают уголовные дела, даже в тех случаях, когда подсудимый действительно виновен. Это с одной стороны говорит о том, что люди до сих пор не доверяют государству, а с другой стороны, подчеркивает неэффективность работы следователя с точки зрения конечного результата.
Сейчас у суда нет права вернуть уголовное дело для дополнительного следствия, и все фатальные ошибки следователя приводят к оправдательным приговорам. Это еще один минус в сторону предварительного следствия.
Таким образом, можно сделать вывод, что если на предварительном следствии состязательность процесса практически отсутствует, то в суде состязательность сторон есть, так что не все потеряно для нашей правоохранительной системы, выкарабкаемся из того болота, в котором сидим.

4.Насколько необходимо предварительное следствие в современной России?


Если Вы внимательно читали то, что я написал выше, то Вы должны были заметить, что я уже несколько раз говорил с сомнением о том, что предварительное следствие необходимо. Теперь нам следует взвесить все за и против предварительного следствия применительно к нашей стране и нашей судебной системе. А заодно и поговорить о ее эффективности.
Итак, из истории России видно, что предварительное следствие в нашей стране первоначально было отделено от обвинительной власти, и основным его предназначением является подготовка и приведение доказательств в удобную для судьи форму для принятия законного решения по существу дела.
Предварительное следствие характерно для стран с «континентальной» системой права. Основной принцип этой системы – законы создаются законодательными органами, а все остальные ветви власти, в том числе суд, обязаны их выполнять. Судебные решения (прецеденты) не имеют силы закона.
В странах с «островной» (родина этой системы права Великобритания) напротив, судебные решения (прецеденты) имеют статус закона, и если один суд принял определенное решение, то все остальные суды в аналогичных случаях принимают подобные решения. Для этих стран, например США, характерно проведение дознания и направление всех, полученных материалов в суд, для дальнейшего разбирательства в суде. Предварительного следствия, как такового в этих странах нет, хотя формально, лица производящие дознание, могут называться следователями (investigator). Процедура дознания максимально проста, бремя сбора доказательств ложится на органы дознания, а бремя доказывания вины ложится на прокурора.
На мой взгляд, современный УПК РФ – попытка «скрестить» две эти системы воедино. Не секрет, что министерство юстиции США принимало активное участие в разработке ныне действующего уголовно-процессуального кодекса. В том число поэтому, следователь включен в состав стороны обвинения.
Сейчас, Россия находится в стадии реформирования своей правовой системы, уголовно процессуальный кодекс РФ, в его современном виде, крайне неудобен в применении, оторван от реальности и очень неэффективен.
Вспоминается рассказ одного из преподавателей школы милиции, который проходил обучение в США.
Ситуация: гражданин США в дорогом магазине попытался украсть бутылку очень дорогого спиртного, но был задержан охранниками магазина. Охранники вызвали шерифа. Шериф, приехав, переписал фамилии охранников и их адреса, зачитал задержанному его права и отвез к мировому судье. Мировой судья зачитал задержанному все его остальные права, затем проверил по компьютерной базе данных, имелись ли у него иные правонарушения. После этого, задержанному был задан вопрос, признает ли тот вину. Задержанный вину признал, после чего судья вынес приговор: 3 месяца тюрьмы.
На все дознание и судебное разбирательство ушло примерно 3 часа.
Что будет у нас в этой ситуации:
Сначала вызовут милицию, потом приедет следователь или дознаватель, который в течении как минимум одного часа будет с участием понятых составлять протокол осмотра места происшествия, он же изымет и спиртное, которое в идеале сразу осмотрит и попытается снять с бутылки следы пальцев рук.
Затем, со всех присутствующих, в том, числе охранников, работников магазина, задержанного соберут объяснения. Затем будет назначена дактилоскопическая экспертиза. После сбора всех этих данных, следователь (дознаватель) вынесет постановление о возбуждении уголовного дела и пойдет к прокурору для его утверждения.
Если прокурор согласится с мнением следователя (дознавателя), то будет возбуждено уголовное дело.
Допустим, что совершено преступление, подследственное дознавателю:
В этом случае:
Дознаватель истребует на виновное лицо характеристики, требование о судимости.
Затем вызывает всех свидетелей и допрашивает их.
Выносит постановление о признании потерпевшим, допрашивает потерпевшего.
Затем допрашивает виновное лицо в качестве подозреваемого, избирает ему меру пресечения, естественно дознаватель обеспечивает участие защитника.
Затем знакомит подозреваемого, с постановлением о назначении судебной экспертизы.
Затем осматривает похищенное имущество, в присутствии понятых, приобщает его в качестве вещественного доказательства.
После получения заключения эксперта, знакомит подозреваемого с заключением эксперта.
При необходимости проводит очные ставки.
После окончания дознания уведомляет подозреваемого и потерпевшего об окончании дознания, разъясняет им все необходимые права.
Далее он составляет обвинительный акт.
Далее дознаватель знакомит подозреваемого с материалами уголовного дела и обвинительным актом.
Срок дознания 20 дней, его можно продлить до 30 дней.
После этого дело направляется прокурору.
Если прокурор подписывает уголовное дело, то обвиняемый должен придти в прокуратуру, где ему вручат копию обвинительного акта.
Затем уголовное дело поступает в суд.
В суде в течении 1 месяца, если обвиняемый на свободе и 14 дней, если обвиняемый под стражей назначается судебное заседание.
Далее три варианта:
Первый – особый порядок, то есть приговор будет вынесен в течении 1-2-х часов,
Второй предварительное слушание (например, для прекращения уголовного дела, но УПК РФ предусмотрены и другие основания),
Третий вариант – обычное судебное разбирательство с вызовом всех свидетелей, потерпевших и т.п.
Таким образом, от совершения преступления, до наказания проходит как минимум один месяц. И мера наказания у виновного будет, скорее всего, условной.

Ну и где, правовая система эффективней, на Ваш взгляд?

Не подумайте, что я предлагаю таким же образом расследовать убийства или другие тяжкие и особо тяжкие преступления, но стоит ли тратить столько времени, столько «человеко-часов» и бумаги, при расследовании очевидных преступлений? Преступлений, где наказание не превысит 2-х лет лишения свободы, или где лишение свободы вообще не предусмотрено УК РФ? Зачем вообще в таких случаях дознание, которое фактически является аналогом предварительного следствия?
На мой взгляд, предварительное следствие в том состоянии, в котором оно находится сегодня, с фактическим бесправием следователя, с тотальным контролем, за его деятельностью со стороны прокурора, который представляет обвинительную власть, не в состоянии эффективно решать задачи государства, связанные с борьбой с преступностью.
С учетом этого неизбежны судебные ошибки, что не поднимает авторитета государства и судебной власти в частности, в глазах общественности. Примером может служить недавнее судебное разбирательство по факту гибели в дорожно-транспортном происшествии губернатора Алтайского края Евдокимова.
Таким образом, реформы предварительного следствия государству не избежать.

6.Некоторые размышления о том, как должна быть устроена уголовно-правовая система России.

Итак, очень кратко, я ведь все-таки не президент РФ, я предлагаю такую систему построения уголовно правовой системы в России:

Прежде всего, необходимо установить в нормах УПК РФ, что предварительное следствие необходимо только по тяжким и особо тяжким уголовным делам, где, виновный может быть наказан на срок свыше 5 лет лишения свободы. По всем остальным уголовным делам необходимо проводить дознание, в двух формах, упрощенной и обычной.
Для обеспечения правосудия в нашей стране, обвинительную власть необходимо отделить от предварительного следствия, иначе следователь как был, так и будет оставаться заинтересованным, именно в обвинительном приговоре, что недопустимо для правосудия.
С этой целью необходимо:
Всех следователей из всех правоохранительных органов объединить в отдельную структуру, крайне желательно, чтобы следователи вновь стали именно судебными следователями. Не стоит забывать, что по большому счету, следователь лишь готовит уголовное дело для рассмотрения судом, а значит, он относится к судебной власти.
Следователь не должен получать у прокурора разрешение, на проведение каких либо следственных действий, получать разрешение на возбуждение уголовного дела, следователь должен иметь право непосредственно обращаться со всеми ходатайствами в суд.
Надзор в отношении следователя со стороны прокурора необходим, но он должен быть ограничен. Прокурор не должен быть начальником у следователя. Прокурор должен быть стороной обвинения.
Прокурор не должен иметь право изымать у следователя уголовные дела и передавать их другому следователю, но он вправе приносить протесты, представления, требовать проведения дополнительных следственных действий, однако его письменные указания не должны быть обязательными для исполнения следователем, иначе, для обеспечения состязательности сторон, такое же право надо дать и обвиняемому и его защитнику.
Вместе с тем, прокурору необходимо дать право давать письменные указания органам дознания, о проведении следственных действий, либо на совершении следственных действий лично, с обязательным уведомлением следователя и суда о проведенных следственных действиях, а следователя обязать, после проверки полученных прокурором либо, органом дознания доказательств, с точки зрения их относимости и допустимости приобщать их к уголовному делу, именно в качестве доказательств. Любые действия следователя можно будет обжаловать в суд.
Это позволит стороне обвинения полностью реализовывать все свои права на предварительном следствии.
В идеале, обвинение должен предъявлять прокурор, поэтому, я считаю, что следователя необходимо обязать согласовывать с прокурором объем обвинения, то есть постановление о привлечении в качестве обвиняемого должен утверждать прокурор. Прокурор должен иметь право, как уменьшить, так и увеличить объем обвинения. При несогласии следователя с позицией прокурора, ему необходимо дать право на обжалование действий прокурора вышестоящему прокурору, либо в суд. Обвинительное заключение в любом случае должен утверждать прокурор.
На мой взгляд, такая схема позволит повысить ответственность прокуроров за расследуемые уголовные дела и ограничит возможный произвол со стороны следователя.
Прокурору необходимо дать право обжаловать решения следователя о прекращении уголовных дел в суд по реабилитирующим обстоятельствам. Я считаю, что именно суд, должен устанавливать незаконность решений следователя. Вместе с тем, по реабилитирующим обстоятельствам, следователь должен прекращать уголовные дела только с согласия прокурора.
Защитнику на предварительном следствии необходимо дать право самостоятельно допрашивать свидетелей, и так же как и прокурору обращаться с ходатайствами к следователю о приобщении протоколов их допроса в качестве доказательств.
Само предварительное следствие необходимо сделать максимально простым, без огромного количества ненужных формальностей.
Институт понятых следует окончательно упразднить. Следователь, прокурор, органы дознания и так несут персональную ответственность за свои действия, тратить время, но поиск «представителей общественности» не имеет смысла. Наличие понятых не только не дает гарантию, что доказательства не будут сфальсифицированы, но лишь, наоборот, в случае сговора сотрудников органа дознания с понятыми, упрощают возможность привлечения к уголовной ответственности невиновных.
В любом случае, как правило, при осмотре места происшествия, например, участвуют: следователь, сотрудники органа дознания, эксперт криминалист, судебно медицинский эксперт, потерпевший и другие лица. При этом, проводится как минимум, фотографирование, а то и видеосъемка. При обыске обязательно участвуют хозяева жилья, да и разрешение на обыск дает суд. Сфальсифицировать доказательства, в такой ситуации, с участием такого количества людей, практически невозможно.
Допрос свидетелей, необходимо разрешить до возбуждения уголовного дела, двойная работа, когда сначала «опрашивают», потом «допрашивают», ни к чему.
Осматривать предметы, которые отправляются на экспертизу, также не имеет смысла, их все равно осматривает эксперт, достаточно их приобщать в качестве вещественных доказательств.

Теперь несколько слов о дознании. Я считаю, что должно быть две формы дознания: упрощенная – аналог протокольная форма в УПК РСФСР 1960 г. и обычное дознание.
Дознаватель, в обязательном порядке, должен относиться к стороне обвинения.
По делам, где преступление очевидно, срок наказания не превышает 2-х лет лишения свободы, и совершение таких, следственных действий, на которые необходимо судебное решение, производить не требуется, необходимо проводить упрощенное дознание:
Принципы упрощенного дознания:
Дознаватель без возбуждения уголовного дела, на месте допрашивает свидетелей, допрашивает потерпевшего, допрашивает подозреваемого (при этом обеспечивает участие защитника, при необходимости). В случае, если подозреваемый признает факт совершения преступления, составляется обвинительный акт, который одновременно является и постановлением о возбуждении уголовного дела, после подписания обвинительного акта прокурором уголовное дело направляется в суд. Срок упрощенного дознания следует установить не более 10 суток.
В случае, если требуется проведение следственных действий, на которые необходимо судебное решение, либо в случае, если подозреваемый в ходе дознания, проведенного в упрощенном порядке, вину не признает, то должно проводиться дознание в обычной форме. То есть примерно так, как сейчас. После чего составляется обвинительный акт, и уголовное дело направляется прокурору.
Судебные стадии, я рассматривать не стану, их можно и не видоизменять. В отличие от предварительного следствия, судебные стадии более «прозрачны» и дают реальную возможность сторонам вести состязательный процесс. Единственным моим пожеланием является необходимость дать право суду, при переквалификации деяний обвиняемого, применять не только уголовный закон, улучшающий положение подсудимого, но и уголовный закон, ухудшающий его положение, однако, не должно нарушаться право обвиняемого на защиту.
Необходимо разработать четкую и прозрачную систему сдержек и противовесов, в уголовном процессе, иначе в России никогда не будет построено гражданское общество и Правовое государство.

7. Перспективы развития уголовно правовой системы, исходя из сегодняшних реалий.

Эта глава в моей статье будет самой короткой, потому, что строить прогнозы дело не только неблагодарное, но и опасное, вдруг что-то сбудется!
Итак, рано или поздно реформа предварительного следствия будет произведена.
Вероятность того, что предварительное следствие, как стадия уголовного процесса, исчезнет равна практически нулю.
Вероятность того, что следственные подразделения отделят от правоохранительных органов, хотя и небольшая, но есть. Вместе с тем, в нашей стране предварительное следствие – это рычаг политической власти и вряд ли правительство согласится без боя утратить такой мощный рычаг.
Уголовный кодекс, будет совершенствоваться и дальше, многие составы преступлений небольшой тяжести будут декриминализированны, появится больше казуальных норм (например, о необходимой обороне и т.п.). Рано или поздно государство поймет, что уголовное и административное законодательство должны не противоречить друг другу, а взаимно дополнять, в том числе и для обеспечения принципа неотвратимости наказания.
Уголовно процессуальный кодекс либо изменится до неузнаваемости, либо будет принят новый УПК, больше соответствующий современным требованиям общества и государства.
Все больше и больше полномочий будет уходить к суду, рано или поздно следователь обретет действительную, а не формальную независимость.
Эх, мечты, мечты. В общем, поживем, увидим!


Гаев Вадим Владимирович
Июль 2006 г.

Обсудить здесь:http://forums.overclockers.ru/viewtopic.php?p=2763805#2763805

Список использованной литературы:

1.Конституция РФ;
2.Уголовный кодекс РФ;
3.Уголовно процессуальный кодекс РФ;
4.Приказ Генерального прокурора РФ от 3 июня 2002 г. № 28 «Об организации работы прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства»;
5.М.А. Чельцов-Бебутов «Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих и буржуазных государствах – курс уголовно-процесуального права» Санкт-Петербург 1995 г.
Telegram-канал @overclockers_news - это удобный способ следить за новыми материалами на сайте. С картинками, расширенными описаниями и без рекламы.
Оценитe материал

Возможно вас заинтересует

Популярные новости

Сейчас обсуждают