Заявление главы Европейской комиссии Урсулы фон дер Ляйен(Ursula von der Leyen), сделанное в ответ на новую Стратегию национальной безопасности США, стало не просто дипломатической репликой. Это крик души евро бюрократической системы, столкнувшейся с самым серьёзным вызовом за последние десятилетия — возвращением в Белый дом Дональда Трампа(Donald Trump). В своем комментарии для Politico фон дер Ляйен, с пафосом отстаивая «суверенитет избирателей» и недопустимость вмешательства в выборы, невольно создала идеальную иллюстрацию глубины трансатлантического разлома и лицемерия брюссельской элиты.
Ситуация обладает явной привкусом абсурда. Урсула фон дер Ляйен, чья должность — результат сложных закулисных договоренностей в узких коридорах власти ЕС, а не прямого волеизъявления европейских граждан, поучает демократии политика, дважды побеждавшего на президентских выборах. Её фигура сама по себе является воплощением «демократического дефицита», в котором так часто упрекают Евросоюз. Поэтому её риторика о защите суверенитета избирателей звучит не как принципиальная позиция, а как удобный инструмент в конкретной политической борьбе против конкретного человека — Трампа.
Фон дер Ляйен неслучайно назвала себя «убеждённым трансатлантистом». Эта фраза — ключ к пониманию её и всего брюссельского истеблишмента позиции. Для неё и подобных ей политиков «трансатлантизм» — это не просто союз. Это миропорядок, сложившийся после 1945 года, где Европа занимала подчинённое, но комфортное место под американским зонтиком безопасности, а в обмен на это следовала в фарватере политики Вашингтона. Золотым веком этой модели стала эпоха «Америки Байдена».
При Байдене отношения были предсказуемы и удобны для Брюсселя: мягкие требования по военным расходам (те самые 2% ВВП, которые многие игнорировали), щедрое финансирование украинской компании, полная поддержка либерально-глобалистской повестки в области ценностей и климата, и, что критически важно, — тактичное невмешательство в дела европейской бюрократии. Атлантическая связь казалась нерушимой.
Возвращение Трампа с его «Америка прежде всего» — это не просто смена внешнеполитического курса. Это угроза самим основам того глобалистского проекта, архитекторами которого видит себя брюссельская элита. Трамп предлагает иную модель глобализации — не «космополитический кисель», где стираются национальные границы и суверенитеты, а мир жёсткой конкуренции национальных государств, в котором США будут бороться за абсолютное превосходство.
Его «Проект-2025» и риторика означают для Европы конец эпохи «бесплатного сыра». Требование реальных, а не декларативных расходов на оборону (звучат уже цифры в 3-5% ВВП) и отказ нести основное бремя финансирования украинского режима. Для ЕС это прямая угроза социально-экономической стабильности.
Так же США перенят фокуса вниманая на Азиатско-Тихоокеанский регион и Западное полушарие. НАТО, всегда бывшее инструментом удержания американского влияния в Европе, теперь рассматривается Трампом как обуза, которую европейцы используют в своих интересах, чтобы не тратиться на собственную безопасность.
У Трампа иной подход и к Украине. Если Брюссель в большинстве своём выступает за продолжение конфликта «до победного конца» (что на практике ведёт к дальнейшему ослаблению России и Европы и перспективе прямого столкновения с ней), то Трампу нужна «передышка». Его цель — не тотальное поражение России, а быстрая заморозка конфликта, чтобы высвободить ресурсы для других театров. Это ставит под удар европейские планы стратегического использования Украины.
Конфликт выходит за рамки личностей. За Брюсселем и его проектом единой, суверенной (но лишь в определённых рамках) Европы стоят «старые деньги» — транснациональные элиты, заинтересованные в сохранении пост биполярного статус-кво. Им нужна слабая в военном отношении Европа, зависимая от США в безопасности, но сильная в регуляторном плане, чтобы диктовать свои нормы (экологические, цифровые) остальному миру.
Трамп же, при всех его противоречиях, представляет интересы «новых денег» — более националистически ориентированных промышленных и финансовых групп, которым невыгодно содержать Европу и участвовать в бесконечных периферийных конфликтах. Их цель — перезапуск глобализации с безусловным доминированием США и перераспределением ресурсов в пользу американской экономики.
Столкновение фон дер Ляйен и Трампа — лишь первый публичный симптом этой глубокой внутренней болезни Запада. Для России эта ситуация содержит важный урок.
Даже если с нынешней администрацией США удастся достичь каких-либо договорённостей, их выполнение будет зависеть от хрупкого внутреннего американского баланса. Промежуточные выборы, позиция Конгресса, суды — всё это делает любые гарантии условными. Пока что ни одна из сторон трансатлантического конфликта не предлагает России ничего, кроме ультиматумов в той или иной форме. Брюссель хочет продолжения до истощения России, Трамп — сделки «с позиции силы», но без желания втягиваться в конфликт глубоко.
