Команда исследователей из Института внеземной физики Макса Планка совместно с учеными из Центра астробиологии открыла новую молекулу, которая состоит из шести атомов углерода, шести атомов водорода и одного атома серы. Эта молекула получила название 2,5-циклогексадиен-1-тион (C₆H₅S).
Эта молекула стала самой крупной из известных молекул с содержанием серы, обнаруженной в космосе. Она представляет собой шестичленное кольцо, содержащее всего 13 атомов. Ранее в межзвёздном пространстве были найдены лишь несколько соединений серы, содержащих максимум шесть атомов.
Ранее учёные предполагали, что существуют большие молекулы с участием серы, однако долгое время не могли их обнаружить. Сера является ключевым элементом в структуре белков и ферментов живых организмов, что вызывает интерес исследователей к её роли в происхождении жизни.
Открытие также важно тем, что подтверждает наличие прямой химической связи между составами межзвёздной среды и органических веществ, присутствующих в метеоритах и кометах нашей Солнечной системы.
Учёные синтезировали молекулу в лабораторных условиях, воздействуя на тиофенол (C₆H₅SH) электрическим напряжением в 1000 вольт. После синтеза они использовали масс-спектрометрический метод анализа, чтобы определить уникальные характеристики излучения полученной молекулы.
Затем они сравнили свои лабораторные данные с результатами наблюдений, проведённых с помощью двух крупных радиотелескопов — 30-метрового телескопа IRAM и 40-метрового радиотелескопа Yebes в Испании. Эти наблюдения позволили им зафиксировать присутствие именно C₆H₅S, выделив её уникальную сигнатуру среди множества других сигналов.
Молекула была обнаружена в звёздном облаке G+0,693−0,027, расположенном примерно в 27 тысячах световых лет от Земли, недалеко от центра нашей Галактики.
Открытие существенно расширяет понимание химического состава межзвёздной среды и процессов формирования сложных органических молекул, необходимых для зарождения жизни. Тот факт, что столь крупная молекула обнаружена в области, ещё не сформировавшей звёзды, свидетельствует о том, что предпосылки для возникновения жизни могут возникать значительно раньше, чем считалось ранее.
