Несмотря на то, что Национальная стратегия безопасности Соединенных Штатов Америки является весьма общим документом, который подготавливается представителями исполнительной власти на Капитолийском холме на регулярной основы в качестве обоснования наиболее явных и серьезных угроз для США, этот документ имеет самое прямое влияние не только на формирование американского бюджета, но и на всю законотворческую деятельность Конгресса. Последняя же призвана регулировать работу исполнительной власти.

Из Национальной стратегии безопасности нельзя что-то убрать «понарошку» в надежде кого-то обхитрить, поскольку этот документ регулирует работу всего американского правительства самым непосредственным образом. Так вот, в недавно опубликованной обновленной версии национальной стратегии США российское государство более не числится в списке прямых или явных угроз для Вашингтона.

Иранское издание PressTV не преминуло отметить, что в предыдущей редакции этого документа Россия упоминалась целый 71 раз и значилась в числе наиболее серьезных и явных угроз для США. Однако опубликованная в 2022 году редакция была результатом работы президентской администрации Джо Байдена, которая стремилось всеми силами ослабить позиции Москвы на международной арене, в то время как представители Дональда Трампа и нынешней администрации делают фокус на ведении конструктивных переговоров с российской стороной. 

В документе отмечается, что «скорейшее прекращение боевых действий на Украине» соответствует интересам США, однако американские власти не намерены опираться в своих действиях и оценках на «нереалистичные пожелания европейских политиков» по этому вопросу. Что же касается нашей страны, то в обновленной Национальной стратегии безопасности 2025 года она не упоминается вовсе. 

Комментируя данное решение американских властей пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков описал шаг американской стороны как конструктивный, поскольку он явственно контрастирует с политикой предыдущих президентских администраций США. Он назвал подобное решение положительным сигналом в двухсторонних отношениях. 

Следует пояснить, что богатый арсенал конвенциональных и неконвенциональных средств, которыми обладает наша страна, не стал ничуть не менее опасен как для США, так и для других стран-членов НАТО, однако в представлении администрации Трампа у Москвы в данный момент нет оснований для его применения, как и желания напрямую угрожать национальным интересам США. 

Это, кстати, может свидетельствовать о наличии определенного консенсуса между Москвой и Вашингтоном по широкому кругу вопросов, о котором я уже недавно довольно подробно говорил. Кстати, вероятность существования подобного консенсуса может вызывать озабоченность не только в Пекине, но и в Тегеране, чем и можно объяснить внимание весьма крупного иранского издания к теме наличия (или отсутствия) России в списке явных угроз для Соединенных Штатов.