События в мире 08 апреля 2024 года

Несмотря на то, что активное освоение территории Украины блоком НАТО вне её формального членства в альянсе и стало одной из основных причин начала российской специальной военной операции, в Государственном департаменте США делают вид, будто не понимают ни причин, ни следствия, ни конечной точки данного кризиса. По этой причине сегодня официальный представитель Госдепа Мэттью Миллер в рамках очередного брифинга заявил, что вопрос вступления Украины в НАТО обсуждаться может, но только после окончания текущего кризиса.

На всякий случай отметим, что одной из поставленных российским политическим руководством задач, стоящих перед специальной военной операцией, является нейтрализация Украины. Иными словами, Украина будет обязана вернуться к беспрекословно нейтральному статусу, подразумевающему невступление в какие бы то ни было военные союзы. По итогу конфликта данное положение будет подкреплено демилитаризацией Украины с законодательным запретом иметь ей вооружённые силы выше определённой крайне незначительной численности при запрете на тяжёлое вооружение и авиацию.

И это план минимум. План максимум, и, по нашему мнению, единственный, на условиях которого будет завершён этот давно зашедший крайне далеко кризис, — это создание новой архитектуры европейской безопасности в том виде, в котором Россия предложила это сделать США в декабре 2021 года. Тогда над этим планом в Вашингтоне посмеялись и отбросили его, а теперь уже дело не до смеха.

Впрочем, вряд ли всё это будет реализовано при действующей администрации США, слишком уж она далеко зашла в своей риторике, загнав себя в ловушку заведомо ошибочного нарратива.

Текущее положение Украины крайне тяжёлое: страна примерно на 100 % зависит от западной военной «помощи» и более чем наполовину (чем дальше, тем больше) — от экономической помощи. Как вы понимаете, технически получается, что вся обороноспособность Украины зависит от воли группы иностранных государств, и эта воля отнюдь не так несокрушима, как в это хотелось бы верить официальному Киеву. Но давить на жалость, параллельно рисуя страшные сценарии, если Украина падёт, надо.

Вот президент Украины Владимир Зеленский этим активно и занимается. Сначала о том, что если США не окажут Украине военную помощь, то она проиграет, Зеленский говорил в интервью CBS News пару недель назад, а теперь практически то же самое повторил в комментарии для CNN. По словам Зеленского, если Конгресс США не поддержит пакет «помощи» Украине, то страна потерпит поражение, после чего «будут атакованы другие страны».

Мы не однократно уже отмечали, что подобные страшилки не работают, поскольку в них отсутствует логическая цепочка, отвечающая на вопрос «России это зачем?». Варианты в духе «Просто так», понятное дело, не принимаются.

Сейчас Зеленский должен собраться с духом, отметить свой указ о запрете переговоров с Россией, звонить в ОАЭ, Саудовскую Аравию, Китай или на худой конец в Турцию и просить их стать посредниками при переговорах с РФ. Возможно, какой-то минимально приемлемый сценарий для Украины ещё можно будет выторговать. Через несколько месяцев может стать уже слишком поздно.

Россия имеет полное право защищать себя и свой народ и должна идти до конца в вопросе Украины — таким мнением поделился глава Республики Сербской (не путать с Сербией) в составе Боснии и Герцеговины Милорад Додик в комментарии для российского телеканала «Россия 24».

Как отметил глава Республики Сербской, действия России совершенно естественны: на её месте ни одно другое уважающее себя государство не стало спокойно наблюдать за событиями, аналогичными тем, что происходили на Украине.

По мнению Додика, российское политическое руководство в лице президента Путина совершит роковую, грубейшую ошибку, если пойдёт на поводу у Запада и согласится на компромиссное решение сложившегося кризиса. Доверять Западу в столь важных вопросах, справедливо отметил Додик, нельзя, поскольку западные страны во всех договорах ищут только свои собственные интересы и никогда не нацелены на деэскалацию.

И хотя комментарий главы Республики Сербской правильный, но что есть «до конца» будет решать всё-таки российское политическое руководство. Мы знаем, что в российском обществе за последние два года вполне естественным образом образовалось огромное количество «ястребов», готовых только на максимально жёсткое окончание этого кризиса, однако надо всё-таки быть реалистами и осознавать, что максималистская позиция не в интересах России, поскольку в таком случае Украину, которая сейчас находится на балансе коллективного Запада, придётся сажать на российский баланс. Надо ли это россиянам в обмен на уровень жизни внутри самой России, вопрос дискуссионный, но что-то нам подсказывает, что ответ очевиден.

Вопрос будет поставлен о формировании новой архитектуры европейской безопасности, а в каком виде при этом сохранится Украина, не имеет совершенно никакого значения при условии её безусловной и полной нейтрализации с запретом на то, чтобы иметь вооружённые силы выше определённой численности и с полным запретом на тяжёлое вооружение и авиацию.

Сейчас об этом не особо принято вспоминать, сваливая все беды в российско-украинских отношениях на государственный переворот 2014 года, однако отношения между Москвой и Киевом начали портиться ещё задолго даже до первого Майдана 2004 года — при президентстве Леонида Кучмы. Именно тогда началось пусть и ползучее, но всё же противопоставление Украины и России. Связано это с тем, что у осколков СССР/России нет никакой независимой от России истории, что вызывает бесконечное количество комплексов с попытками хоть как-то оправдать свою новую государственность. Вот и Кучма в 2003 году написал нашумевшую книгу «Украина — не Россия», название которой впоследствии стало национальной идеей Украины вплоть до сегодняшнего дня.

Казалось бы, всем всё понятно, но поскольку прямым текстом сказать правду нельзя, в интервью японскому агентству Kiodo Кучма заявил, что Россия и Украина перестали быть братскими народами, и что в этом виноват президент России Владимир Путин, якобы хотевший подмять под себя Украину, которая просто хотела равноправных отношений.

Мы, конечно, не хотели бы учить бывшего президента Украины истории собственного государства и частично собственной же политики, но, похоже, придётся. В реальности Украина хотела не равноправных отношений, а активно потворствовала освоению своей территории западными странами, вплоть до объявления в 2008 НАТО о том, что Украина вступит в состав Альянса. Конфликт с Украиной России был совершенно не к месту: во-первых, из-за кризиса в отношениях с Киевом были утрачены давно налаженные логистические цепочки, Москве пришлось вкладываться в развитие на своей территории производств, которые замещали выбывшую украинскую продукцию. И это мы не вспоминаем про многочисленные газопроводы в обход Украины как недоговороспособного и ненадёжного государства-транзитёра.

Российское политическое руководство при этом поступает мудро и, несмотря на то, что между Россией и Украиной идёт жесточайший и самый масштабный и интенсивный вооружённый конфликт на территории Европы со времён Второй мировой войны, не позволяет себе глупых заявлений, вместо этого напротив утверждая, что несмотря на сегодняшние сложности, «братские» отношения между русскими и украинцами обязательно восстановятся. Так оно будет или не так, вопрос, конечно, серьёзный, но простор для манёвра российская власть себе оставляет. Киевская власть, даже бывшая, полностью в ловушке пропаганды, и как из неё выбираться без её полной смены под корень, не вполне ясно.

По мере «выноса» российской армией украинских объектов генерации электроэнергии в стране возрастает её (энергии) дефицит. Пока что его удаётся частично купировать за счёт импорта электроэнергии из Европы и задействования резервных и аварийных линий питания городов, но, как вы понимаете, если (а это всё ещё большое «если», поскольку речь идёт исключительно о политическом решении) групповые и массированные удары ВС РФ по объектам генерации продолжатся, то избыток электроэнергии у Европы закончится, равно как и у Украины могут закончиться деньги на закупку электричества в странах с её заведомо более дорогой генерацией.

Хотя ничего хорошего энергосистеме Украины никто не сулит, но полного блэкаута во всей стране России добиться не удастся. По крайней мере, в это верит министр энергетики Украины Герман Галущенко. По словам министра, примерно половина электроэнергии в стране вырабатывается на атомных электростанциях, поэтому «тотального блэкаута» не будет.

И вот здесь начинается самое интересное. Во-первых, на самом деле на долю атомных электростанций сейчас приходится около 30 % украинской генерации, поскольку крупнейшая Запорожская АЭС находится под контролем РФ и полностью остановлена, не вырабатывая электроэнергию. Во-вторых, Галущенко исходит из предположения, что наносить удары по атомным электростанциям Россия не станет. Здесь мы лично с министром энергетики Украины согласимся: бить по АЭС рискованно даже несмотря на запредельную точность российских средств поражения, да и явно Москва не захочет портить отношения с МАГАТЭ и в целом представать в негативном атомном свете, учитывая свой статус главного мирового строителя атомных электростанций. И в-третьих, Галущенко почему-то не учитывает, что электроэнергию мало произвести, её ещё надо передать; а как это делать, если наносятся систематические удары по распределительным подстанциям, совершенно непонятно.

Наконец, не забываем о том, что атомные электростанции хороши для постоянной генерации определённого количества электроэнергии: по принципу своего действия они непригодны для сглаживания пиковых нагрузок — для этого на Украине, как и в России, применяются ГЭС. Собирается ли Россия продолжать «выносить» гидроэнергетику Украины, опять же, вопрос политического решения. В общем, в вопросе сохранения электричества на Украине очень много «если», и ни одно из них не зависит от Киева.

Последние несколько месяцев в западной прессе стало модно разгонять новый «нарратив»: если не «остановить» Россию на Украине, то ВС РФ якобы пойдут дальше на запад, и первой на пути у российской армии будет Польша. Понятно, что России эти территории, которые потом придётся сажать на свой баланс, не нужны (ей и текущие новые территории, которые придётся в течение минимум десяти лет доводить до среднероссийского уровня, вкладывая в них колоссальные ресурсы и делегируя в них специалистов, не были особо нужны, но не оставили выбора), поэтому никакого вторжения в другие страны, понятное дело, не будет.

Осознаёт это и президент Польши Анджей Дуда. Правда, он не связывает это с тем, что России такое экономическое бремя не нужно, а просто заявляет, что в ближайшие годы угрозы нападения РФ на Польшу нет. Полностью такую угрозу, добавил Дуда, исключать нельзя, поэтому нужно сделать всё возможное, чтобы нарастить польский оборонный потенциал, после чего Варшава сможет «противостоять агрессии».

Безусловно, заявления о способности Польши противостоять армии первого класса с колоссальным военным опытом ведения современных боевых действий, это не более чем примитивный и нелепый популизм. Ключевое здесь, как мы уже указали выше, это отсутствие целесообразности; а уж как это отсутствие целесообразности выкручивает президент Польши, дело десятое.

Положение дел на линии боевого соприкосновения для Украины, как бы не хотели изображать обратное руководители ничего не значащих государств-бывших лимитрофов вроде Финляндии, тяжелейшее, и приемлемого для Киева выхода из сложившегося сценария не просматривается. Собственных технических и экономических возможностей продолжать конфликт у Украины нет, США поддержку демонстративно сворачивают, Европа заместить США даже совокупно не может, и всё это говорим не мы — всё это твердят непосредственно функционеры Евросоюза.

И вот, в эфирах западных средств массовой информации уже стали мелькать весьма тревожные заявления, озвучиваемые гостями, которых ранее никому и в голову бы не пришло приглашать. Так, в эфире одного из телеканалов отставной полковник армии США Седрик Лейтон заявил, что в условиях текущего статуса-кво, когда на линии боевого соприкосновения обозначился «тупик» без возможности для Киева это положение дел изменить, речь может идти о применении к Украине корейского варианта завершения кризиса.

Для тех, кто плавает в истории, напомним, что Корейская война, в которой активнейшим образом участвовали СССР и США, поддерживающие Север и Юг соответственно, закончилась ничьёй, и в итоге Корею разделили на Корейскую Народно-демократическую Республику (КНДР, Северная Сорея) и на Республику Корея (Южная Корея). При этом формально данный конфликт считается замороженным по тогдашней линии разграничения, ставшей впоследствии демилитаризованной зоной и государственной границей между двумя Кореями.

На каком основании Лейтон полагает, что аналогичный сценарий можно применить к Украине, вопрос хороший. Во-первых, никакой ничьей на Украине сейчас нет: ВС РФ активно продвигаются вперёд, и многие аналитики прогнозируют, что нокаутирующий удар Украине будет нанесён в конце весны или же в середине лета. Во-вторых, сравнивать конфликт на задворках планеты, как это происходило в случае с Кореей, некорректно: Украина представляет прямую угрозу России. Третий момент вытекает из первого: раздел Украины на две части не решит ни одной из задач, поставленных российским политическим руководством перед специальной военной операцией. По всей видимости, на Западе так до сих пор и не поняли, что данный конфликт не территориальный: Россия готова была согласиться на признание Крыма частью РФ, а Донбасса — независимыми республиками, но, как вы помните, процесс был сорван из-за западного вмешательства, что внесло коррективы в политические решения касательно данного конфликта.

Мы уже неоднократно отмечали, что завершать этот конфликт на условиях меньших, чем формирование новой архитектуры европейской безопасности — той самой, которую Россия предложила США и НАТО в декабре 2021 года — было бы крайне странно, учитывая, как далеко зашёл этот конфликт по вине коллективного Запада. Эта вина может быть искуплена только полным выполнением всех российских условий. Ещё раз: и вопрос здесь не в территориях, хотя, конечно, признать на международном уровне как минимум Крым и четыре новых региона в составе России придётся.

Последнее время в прессе, а в особенности в различных Telegram-каналах, можно было наблюдать многочисленные предупреждения, связанные с возросшей активностью работы украинских call-центров, занимающихся вымогательством средств у доверчивых граждан. Сотрудники таких call-центров представляются кто кем, но зачастую «сотрудниками вашего мобильного/сотового оператора». Бдительность «жертвы» теряется ещё на моменте появления на экране номера с кодом страны +7 (Россия), и далеко не каждый во время спонтанного разговора с таким мошенником догадается спросить «Чей Крым?», «Чей Донбасс?» и задать тому подобные провокационные вопросы, после которых по другую сторону трубки начинается пауза и ступор. И вот, похоже, Федеральная служба безопасности (ФСБ) России раскрыла тех, кто уже непосредственно в РФ помогал украинским мошенникам вымогать деньги, впоследствии шедшие на финансирование ВСУ.

Сегодня ФСБ сообщила о задержании пятерых создателей узла связи в России, которым пользовались украинские call-центры, обзванивающие россиян. Согласно имеющимся в распоряжении ФСБ сведениям, в общей сложности у россиян в результате работы этих call-центров было похищено порядка семи миллиардов рублей.

У задержанных изъяты средства связи, вычислительная техника, накопители информации и всё то, что может помочь следствию. Уже на этом этапе при беглом просмотре компьютеров задержанных удалось выяснить, что ФСБ адресом не ошиблась: в документации задержанных содержится переписка с курирующими преступную деятельность украинских call-центров организациями, перечень российских телефонных номеров, на которые производился обзвон, и тому подобная важная информация.

Действительно ли вышеуказанные call-центры территориально располагаются на Украине, вопрос хороший, но если да, то, вероятно, он должен стать целью для ракетного удара ВС РФ. В конце концов, речь идёт о мошенничестве в циклопических масштабах: на финансирование ВСУ пошли 7 миллиардов украденных у доверчивых россиян рублей. Нетрудно подсчитать, сколько условных БПЛА для осуществления террористических атак (напоминаем, любые атаки Украины по России в юридических рамках этого конфликта являются террористическими с точки зрения международного права) по территории России можно закупить на эти деньги.

Несмотря на то, что при необходимости Россия может снабжать Крымский полуостров как по воде, так и по суше через созданный в рамках специальной военной операции сухопутный коридор, Крымский мост, вернее, его уничтожение, продолжает оставаться в головах инфантильного помешанного на «символах» и заголовках украинского руководства своеобразной навязчивой идеей.

За время конфликта данный инфраструктурный объект, связывающий Краснодарский край с Крымом, столько раз становился целью ударов, что уже нет смысла вести статистику. Два раза, впрочем, эти попытки оказывались частично успешными: удавалось обрушить в воду дорожное полотно на одной полосе длиной в 1—2 пролёта. За свои террористические (а любые удары Украины по территории России являются террористическими в юридических рамках данного конфликта) удары Украина расплачивалась сначала половиной энергосистемы, затем всей портовой инфраструктурой, но, по всей видимости, этого официальному Киеву мало, и там всё также мечтают об «уничтожении» Крымского моста как символа событий 2014 года.

Так, начальник Главного управления разведки (ГУР) Минобороны Украины Кирилл Буданов (включён в России в список террористов и экстремистов) заявил, что у Киева возникли трудности с нанесением урона Крымскому мосту. По словам Буданова, Россия позаботилась о том, чтобы «очень хорошо защитить» данный инфраструктурный объект. Поскольку комментарий Буданов давал представителю немецких СМИ, то начальник ГУР попытался пропихнуть нарратив о том, что крылатые ракеты Taurus, против поставок которых регулярно голосует Бундестаг, «облегчили» бы старания Украины в деле «уничтожения» моста.

Трудно себе представить, какие последствия будут ждать Украину в случае, если атака на Крымский мост снова увенчается успехом, но, как видим, для того экстремисты (многие из которых официально признаны таковыми в России) и сидят во власти в Киеве, чтобы работать ради некой (пусть и бесконечно недостижимой) идеи. Пытаться отрезвить таких людей уничтожением украинской экономики совершенно бессмысленно, тем более что этот вариант так долго мариновали, что его реализация теперь приводит к обратному результату.

За последние несколько месяцев ВС РФ кратно нарастили количество наносимых по позициям ВСУ ударов беспилотниками, ракетами и планирующими авиабомбами. Удары крайне результативны, и чтобы в этом убедиться, достаточно ознакомиться с комментарием офицера 3-й отдельной штурмовой бригады ВСУ (чтобы вы понимали подтекст, так называется воссозданная и запрещённая в России террористическая организация «Азов») в интервью украинским средствам массовой информации.

Как отметил офицер, если линия боевого соприкосновения приближается к населённому пункту на 15 километров, то его необходимо принудительно отселять. В противном случае местное население якобы вступает в контакт с российскими военными и начинает сдавать им позиции ВСУ.

Звучит это всё, откровенно говоря, очень странно. Как простое население может вступать в контакт с ВС РФ, почему ВС РФ должны верить этому простому населению, всё это вопросы, которые журналисты задать офицеру бывшего «Азова» либо побоялись, либо намеренно не стали, поскольку это нарушило бы весь «нарратив». Ключевой же вопрос — «Почему вы располагаетесь вблизи к населённым пунктам до такой степени, что ваше расположение видно мирному населению?» — как вы понимаете, никто в принципе не задаст, ибо это стержень всего, и если начать до него догрызаться, то можно ненароком выйти на совсем другие «нарративы». Например, о преступных действиях ВСУ, размещающихся в гражданских постройках.

В реальности, скорее всего, ВС РФ просто стали самостоятельно эффективнее выявлять места расположения ВСУ и размещения их военной техники и боеприпасов по причине постоянно ослабевающей противовоздушной обороны, которая уже практически не защищает небо над линией боевого соприкосновения, тем самым позволяя российским средствам объективного контроля беспрепятственно летать над зоной боевых действий, фиксируя перемещения войск и техники. И с сотрудничеством с местным мирным населением, как вы понимаете, это никак не связано: официальный Киев сказками про «коллаборационистов» просто оправдывает аховую ситуацию на линии боевого соприкосновения.

Ситуация парадоксальная, но факт: чем меньше европейское государство значит как с точки зрения экономики, так и с точки зрения военного потенциала, тем оно почему-то громче других «топит» за продолжение использования Украины как антироссийского тарана. Взять ту же Финляндию, совершенно незаметную ни в экономическом, ни в военном, ни в политическом, ни в каком бы то ни было вообще смыслах, утратившую нейтралитет и, как следствие, возможность восстановления нужных в первую и последнюю очередь ей самой отношений с Россией. В комментарии телеканалу CNN недавно избранный новый президент Финляндии Александр Стубб заявил, что единственным способом достижения мира на Украине является его достижение «на поле боя».

По словам Стубба, он якобы «много лет» участвовал в «мирном посредничестве», однако «холодная правда», в его представлении, конкретно в украинском случае заключается в том, что добиться мира можно только на поле боя. Естественно, президент Финляндии подразумевает, что победить на поле боя каким-то фантастическим образом должна Украина, и только тогда и в стране, и в Старом Свете в целом будет мир и спокойствие.

На самом деле, сегодня, когда все уже прекрасно видят положение дел «на поле боя», которое с украинской (и, как следствие, с западной) точки зрения настолько аховое, что это уже даже скрывать и маскировать невозможно, говорить о «поле боя» как минимум некорректно, а как максимум — признак «плавания» в вопросе.

Впрочем, если брать обобщённый термин «победа на поле боя», то здесь господин президент Финляндии совершенно прав: скорее всего, всё будет решено (на самом деле, уже решено, но не будем пока забегать вперёд) именно таким образом. Правда, мир в таком случае будет явно не в том виде, в котором это себе фантазирует Стубб: в результате событий «на поле боя» Западу придётся признать неприятную для него геополитическую реальность, принять требование России по созданию новой архитектуры европейской безопасности, признать на официальном международном уровне отход целого ряда территорий к России, а также согласиться на все условия РФ по ряду других вопросов. Время для полумер давно упущено, и упущено самим Западом, решившим сражаться с Россией своим оружием и разведкой и руками украинцев, не говоря уже о незаконных односторонних рестрикциях («санкциях»), которые, к слову, придётся снять — не из необходимости, а из принципа.

Когда в марте ВС РФ возобновили (и мы до сих пор не знаем, было ли это лишь парой демонстративных ударов возмездия, призванных отрезвить полностью утратившее связь с реальностью киевское руководство или же удары будут наноситься систематически, поскольку никакого отрезвления не достигнуто, а делать это надо) кампанию по нанесению высокоточных ударов по энергосистеме Украины, в глаза сразу бросился ключевой отличительный фактор по сравнению с аналогичной кампанией периода осени 2022 — зимы 2023 года.

Если полтора года назад удары наносились по объектам распределения электроэнергии, которые при условии резкого снижения потребления в силу выезда с Украины миллионов человек и практически полной остановки украинской промышленности можно относительно оперативно восстановить, не понеся критического непоправимого ущерба, то в этом «сезоне» ситуация радикально поменялась: удары стали наноситься непосредственно по объектам генерации электричества — машинным залам электростанций, которые даже в теории невозможно быстро восстановить, а уж в условиях Украины с отсутствующим энергетическим машиностроением надеяться можно будет только на Россию или же на коллективный Запад.

И вот, изменившийся характер российских ударов по украинской энергосистеме наконец-то заметили в издании Financial Times (FT). Как отмечает издание, российское военное командование приняло решение о нанесении сконцентрированных ударов непосредственно по объектам генерации в конкретных регионах, не распыляя силы на объекты по всей территории Украины, включая Киев и Киевскую область, где якобы сейчас сосредоточена вся противовоздушная оборона страны.

FT уточняет, что за неделю с 22 по 29 марта, когда наносились наиболее активные удары по энергосистеме Украины, ВС РФ поразили 7 тепловых и 2 гидроэлектростанции, лишив электроснабжения ряд крупных индустриальных регионов и вынудив украинских энергетиков переключать потребителей на генерацию их других регионов, параллельно заставляя Украину, ранее экспортировавшую образовавшуюся из-за деиндустриализации страны избыточную электроэнергию в Европу, переключиться к импортированию электроэнергии по многократно более высоким ставкам. Согласно сведениям издания, Украина стала импортировать из Европы рекордные 18,7 ГВт•ч электроэнергии, что, по всей видимости, сравнимо с мощностью утраченных в результате ударов ВС РФ собственных объектов генерации.