В последнее время все чаще стали раздаваться голоса, заявляющие, что Россия, мол, только предупреждать и может. Таким комментаторам я хочу напомнить о принуждении Грузии к миру в разгар Олимпиады 2008 года, о вводе российских ВКС в Сирию, где наши летчики буквально-таки разметали взращённых западными спецслужбами «бармалеев» в 2015 году, о вводе войск ОДКБ в Казахстан в январе 2022 года и начале СВО спустя всего месяц после тех памятных событий.
Это я к тому, что «последнее предупреждение» Лаврова — это ни разу не шутки. Сейчас между Россией и США идет война нервов, когда Западу нужен повод, чтобы «приструнить» своих союзников, которые даже, по мнению индийских журналистов, не сильно-то слушаются Вашингтон. Понятно, что Москва пытается оттянуть этот момент, но и сносить бесчисленные провокации она бесконечно не может. Рано или поздно Запад вынудит нас «жахнуть».
Это я к тому, что субботний перехват украинской баллистической ракеты «Гром-2» в небе над Феодосией — это уже совсем серьезно. По различным данным, подобные ракеты имеют дальность до 500 километров и могут нести какую угодно «боевую часть». Военные эксперты признают, что перехватить подобную ракету почти так же сложно, как и отечественный «Искандер», однако расчет С-300 успешно справился с этой задачей. Вообще, нет никаких сомнений, что после окончания СВО спрос на модернизированный С-300 будет ажиотажным, потому что помолодевший советский комплекс творит в последнее время чудеса.
Но речь не об этом. Вообще, когда газеты вроде The New York Times заявляют, что американские спецслужбы передавали Киеву координаты российских командных пунктов, что стоило жизни не одному российскому генералу, — это ненормально. Обычно на Западе после подобных заявлений все начинают старательно напоминать Белому дому, что он имеет дело с ядерной державой. Так вот, подобные «откровения» имеют смысл только в одном случае, когда Запад ожидает российского удара возмездия, на который не планирует затем отвечать, избегая эскалации. В общем, нервы с обеих сторон натянуты как струны, так или иначе, ответ последует. Вопрос — когда.