В ноябре 1947 года Генеральной Ассамблей ООН была принята резолюция о разделе подмандатной Великобритании территории Палестины на два государства – арабское и еврейское. Декларация о независимости Израиля была провозглашена 14 мая 1948 года. Именно с этого момента отсчитывается государственность Израиля.
Как и всякое уважающее себя государство на политической карте мира Израиль создал собственные спецслужбы, призванные обеспечить внутреннюю и внешнюю безопасность страны. За сбор, анализ и разведывательных данных стал отвечать "Моссад" – национальная разведывательная служба. За годы своего существования эта организация по праву вошла в число лучших спецслужб мира. Однако и на старуху бывает проруха. Были и серьёзные провалы.
Однажды в рядах организации завёлся "крот". И работал этот агент на советскую разведку. Это к слову о том, что у КГБ СССР были очень длинные руки и огромные возможности по всему миру. Что касается агента, то он сдал СССР всех агентов "Моссада" в Европе. Кто он, самый успешный агент КГБ в израильских спецслужбах?
Зовут его Вульф Гольштейн, уроженец Риги 1921 года рождения и этнический еврей. Его отец был участником социалистического движения Латвии. Поэтому за участие Гольштейна-старшего в беспорядках его семья была депортирована из Латвии в 1922 году. Соответственно, маленький Вульф не мог помнить город на берегу Балтики.
Семья Гольшейнов перебралась в Берлин. Однако задержалась там ненадолго, поскольку в Германии в скормом времени начались еврейские погромы. После прихода Гитлера к власти в Германии, семья была вынуждена переехать в соседнюю тихую Швейцарию. Уезжали, прихватив только самое ценное и книги. Среди этих книг был томик сочинений Владимира Ленина. Труды вождя мирового пролетариата пришлись по душе юному Вульфу. Он стал приверженцем социалистических идей.
Уже в Швейцарии парень познакомился с Карлом Вибералом, эмигрантом из Чехословакии. Молодые люди сошлись на почве общих интересов. Виберал тоже был социалистом. Только Гольштейн не знал, что под "личиной" Карла Выберала скрывается агент советской разведки Фёдор Фёдорович Кругликов. О том, что он агент из СССР, "Карл" даст понять позже.
В годы Второй мировой войны Вульф Гольштейн служил в пехотном полку, дислоцированном на границе с Германией. Во время отпусков он рассказывал своему товарищу об обстановке на границе. В свою очередь, Кругликов обучал Гольштейна азам разведки и диверсионного дела.
Информация, собранная Гольштейном на границе оказалось весьма полезной для Советского Союза. Месть настигла швейцарские фирмы, сотрудничавшие с гитлеровской Германией. Многие железнодорожные эшелоны с ценными грузами были уничтожены.
В 1947 году Кругликова отозвали в Москву, а сам Гольштейн с супругой в 1948 году, после провозглашения независимости Израиля, стали репатриантами и уехали на историческую родину. Примечательно, что перед своим отъездом в Союз Кругликов рекомендовал своему другу повнимательнее присмотреться к Ближнему Востоку. Именно там начинали разворачиваться весьма интересные процессы.
Только в Израиле Гольштейн ("Тони" – оперативный псевдоним, данный советской разведкой), пробыл недолго, снова уехал в Швейцарию. Непонятно, что послужило причиной, то ли ссора с супругой, то ли то, что Гольштейн не особо скрывал свои "красные" взгляды. Вульф обосновался в Цюрихе. Там он изъявил желание работать на израильское посольство. Причем абсолютно бесплатно! "Местные" дипломаты с радостью приняли такое предложение, поскольку диппредставительство Израиля было очень малочисленным.
Сотрудники отделения МИД были очень довольны работой нового коллеги. Уже спустя несколько месяцев Вульф Гольштейн вернулся в Израиль, имея на руках отличные рекомендации со стороны цюрихского представительства. С такими рекомендациями можно было попробовать устроиться на работу непосредственно во внешнеполитическое ведомство. Что Гольштейн и сделал. Правда, работал он уже под новым именем – Зэев Авни.
Усердие и трудолюбие, а также знание иностранных языков сделали своё дело. Нового сотрудника заметили и назначили в экономический отдел торгпредства, а затем в диппредставительство в Брюсселе.
Зэев Авни вместе со своей семьёй. Фото из открытых источников
Дипломатическая работа? Отчасти. Поскольку именно в бельгийской столице израильские дипломаты вели переговоры о поставках вооружений с представителями государств Европы. В 1952 году Зэев Авни стал уже помощником израильского консула в Бельгии. Стоит отметить, что на тот момент дипломатическая миссия Израиля в Брюсселе была очень малочисленной. Включая самого консула в представительстве трудилось всего три человека. Поскольку Зэев Авни был помощником консула, то через него шла абсолютно вся дипломатическая почта.
Именно на этой работе Зэева Авни нашли старшие товарищи с Лубянки. Раздался телефонный звонок... Понятно, что вся строго конфиденциальная информация стала известна в Москве.
А ещё советским разведчикам несказанно повезло тем, что у них был такой "крот". Дело в том, что в 1952 году на Зэева Авни вышли представители "Моссада" и предложили сотрудничество. В то время сотрудники израильского МИД не сильно охотно работали со спецслужбой. Такая работа не сулила никаких преимуществ при наличии огромной массы проблем. Но Авни согласился сотрудничать с "Моссадом".
После первого успешно выполненного весьма деликатного задания Зэеву Авни стали давать новые поручения. Преимущественно он доставляла по странам Европы секретную документацию. В ходе своих многочисленных командировок агент познакомился со всей резидентурой "Моссада" в Европе. Соответственно, об этих агентах узнали и в Москве.
Вскоре нового сотрудника израильской спецслужбы повысили. Он получил назначение в торговое представительство Израиля в Югославии. Стал работать в Белграде. Однако сам агент остался недоволен новой должностью. Он настойчиво просил своих кураторов и начальство об официальной работе в "Моссаде".
На этом ценный для советских спецслужб агент и попался. В 1956 году он приехал в Израиль и сразу же явился в главный офис "Моссада". Там он передал руководителю организации Исеру Харелю записку, в которой просился не только в "Моссад", но и просил дать ему возможность расширить израильскую резидентуру в Югославии.
Такая просьба показалась шефу израильской разведки, мягко говоря, очень странной. Во-первых, никогда сотрудники МИД так не рвались на разведывательную работу. Во-вторых, в то время между Израилем и Югославией установились замечательные межгосударственные отношения, портить которые внедрением новых агентов никто не собирался. Зато новые агенты были нужны СССР. Отношения между Москвой и Белградом были в то время никакими.
В общем, по распоряжению шефа "Моссада" Зэева Авни взяли. Арест происходил в присутствии самого начальника разведки, у которого в тот момент на руках были косвенные улики сотрудничества Авни с спецслужбами СССР. Арестованный не стал отпираться (понял, что это бесполезно), вину признал, но свои тайны выдавать не стал.
Ущерб, причинённый Израилю, деятельностью Авни был просто огромным. Он практически полностью "засветил" всю шпионскую сеть в Европе, агентов пришлось в срочном порядке отзывать. Поэтому обвинение требовало на суде максимального наказания. По трём статьям Авни мог получить 42 года лишения свободы. Но суд "сжалился" и назначил "всего" 14 лет, из которых Авни отсидел восемь и, благодаря примерному поведению, в 1965 году вышел на свободу.
Интересно, что даже в тюрьме сотрудники "Моссада" продолжали активно "колоть" бывшего советского агента. В конце концов он не выдержал и рассказал всё, что знал.