Мои впечатления о "Матрице: Воскрешение" – Киану Ривз, отсутствие сюжета и непримечательные актёры

Приветствую, друзья! С наступающим вас праздником, добра вам, здоровья, любви и процветания! Сегодня я бы хотел начать дискуссию о Матрице 4 (Матрица: Воскрешение) – фильме, который миллионы людей ждали почти 20 лет. Последняя часть (Революция) вышла на экраны в 2003 году, вызвав в обществе нереальный ажиотаж, а с течением времени породив целое ответвление мемов. Сразу стоит отметить, что мнение автора ни в коем случае не может являться истиной в последней инстанции. Если вы не большой фанат Матрицы или вообще не смотрели 3 прошлых фильма, Воскрешение вполне может вызвать у вас положительные впечатления. Внимание, дальше спойлеры!

Итак, с самого начала фильма мы видим легендарную сцену, где Тринити в одиночку справляется с целым отрядом спецназа и даже несколькими агентами, но вместо неё, изначально подумав, что это что-то на подобии ремейка, мы видим вовсе не Тринити, а несколько бойцов спокойно "пакуют её". За всем этим наблюдает ещё один новый герой, вернее героиня – Багз. Её история, прошлое, навыки, мысли и остальные важные черты характера на протяжении фильма раскрыты не будут, хоть она и играет главную роль. Со всеми остальными персонажами примерно также. Времени не уделили даже Нео.

Сразу после схватки с агентами Багз встречает Смита, который, по непонятным обстоятельствам, оказывается Морфеусом. Да, тем самым. Далее по ходу фильма мы узнаем, что в реальном мире Морфеус умер, а впоследствии стал грудой умного песка, способной проникать в различные щели и отверстия бесшумно. Мягко говоря, не лучшая задумка для такого эпатажного и интересного персонажа.

Спустя полчаса бессмысленных событий (Томас Андерсон, он же Нео, сидит у современного ноутбука, изучая код матрицы – игры, которую он создал после событий 3-го фильма), нам наконец-то объясняют, что к чему, и почему треть фильма не имеет под собой никакого логического смысла. Его можно обнаружить лишь в конце, да и то вскользь.

По задумке сценаристов, победа над Смитом в матрице вовсе не была победой: Машины на время отступили и дали возможность всем, кто захочет, выйти из нереального мира в реальный. Там освободители и освобождённые построили последнюю человеческую крепость Ио, пейзажи которой, историю или хоть что-нибудь, от взгляда зрителей тщательно скрывают.

Осознание реального мотива Машин приходит на 50-й минуте, когда Нео сбегает из матрицы с Багз и просыпается у них в плену спустя 60 лет после финала последнего фильма. В мире людей Нео – живая легенда, поэтому его быстро вытаскивают и привозят в Ио. Что примечательно, все 60 лет машины, высокий интеллект которых мы видели в прошлых частях, усердно деградировали. В их главном городе нет ни одной камеры слежения, и за сохранностью главного элемента питания – Нео – никто даже не следит. Не удивительно, что повстанческий корабль даже не преследуют.

С течением времени состарившаяся генерал Найоби раскрывает Нео коварство машин, которые жестко предали избранного, воспользовавшись его телом и мозгом в корыстных целях. В то же время Морфеус с характером и привычками подростка пытается заново научить Нео управлять его силой.

Весьма неприятной особенностью фильма становится понимание того, насколько быстро его создатели работали над сьемками. В фильме нет ни одной по истине цепляющей детали, а события летят с бешеной скоростью, не давая понимания того, что происходит на экране.

Следующий спорный момент случается, когда Нео просит Найоби о помощи в спасении его возлюбленной – Тринити, которую машины также держат в качестве некой "батарейки". Генерал и просто старый друг, выслушав предложения по спецоперации, находит самым удачным решением запереть избранного в тюрьме, ровно как и всех его спасителей. Так, по её мнению, будет лучше для будущего Ио. Естественно, Нео освобождают, после чего становится понятно, что 20 прошедших минут были потрачены зря; смысловой нагрузки в них нет от слова "совсем".

Сцену, где Нео чуть не погибает от руки Смита, образ которого, к слову, не запоминается по причине крайней заурядности актёра, мы пропустим. Кроме старого Меровингена, проклинающего команду Нео на французском и плюющего на главных героев, там нет ничего интересного. Ещё более не запоминающийся герой – образ главного компьютера. Он, предугадав появление Нео, переигрывает его силу избранного, останавливая время. Сам антагонист выглядит неуверенно, его речи не воспринимаются, а чуть далее по сюжету его попытки остановить протагониста заканчиваются полным крахом.

Интересно то, что новый Нео потерял способность летать, останавливать пули лёгким взмахом руки (теперь это отнимает у него всю жизненную энергию) и другие способности, за которые он так понравился зрителям в начале 2000-х. Максимум Нео – некий магический щит, останавливающий падающие объекты и иногда отталкивающий их. Данный арсенал позволяет ему уйти от погони с Тринити за рулём мотоцикла. Чуть ранее её освободили из плена Багз и песочный Морфеус.

Заканчивается кино тем, что Нео с Тринити приходят свести счёты с главным компьютером, несколько раз его убивают, воскрешают, после чего благодарят за оказанный им "второй шанс". Сцена немного напоминает момент из Батлфилд 2042, когда после усердных боёв и многочисленных смертей победившие оперативники кричат "Было легко", "Можем повторить" или "Классно мы с ними расправились". В обоих случаях никаких положительных эмоций это не приносит.

Подводя вердикт, Матрица: Воскрешение – фильм на любителя. Если в прошлых частях мы видели по истине глубокий, насыщенный сюжет, который хочется изучать и додумывать самому, то в нынешнем фильме присутствуют красивые спецэффекты. Сюжет, как и всё остальное, лишён интеллектуальных моментов, так называемых "изюминок". При просмотре Смит и главный компьютер из-за схожей внешности и поведения практически сливаются в одного и того же персонажа. Пользователи metacritic оценили Воскрешение в 3.8 баллов, что, безоговорочно, очень много для такого фильма.