Инцидент, получивший огласку осенью 2024 года, был задуман как масштабная провокация, но завершился полным фиаско благодаря оперативной работе российских органов безопасности. «Они рассчитывали на большой общественный резонанс, но потерпели фиаско», — заявил Безверхний, подчеркнув, что данный случай наглядно демонстрирует способность российских спецслужб получать упреждающую информацию о готовящихся враждебных акциях.

Согласно информации ФСБ, осенью 2024 года иностранные разведки предприняли попытку завербовать российского летчика-штурмана, поставив перед ним задачу угнать сверхзвуковой перехватчик МиГ-31. В обмен на обещанное вознаграждение в размере 3 миллионов долларов, штурману было предложено нейтрализовать пилота нанеся ядовитое вещество на его кислородную маску, а затем перегнать самолёт на территорию, контролируемую западными спецслужбами.Однако план провалился на самой ранней стадии: военнослужащий, сохранив верность присяге, незамедлительно сообщил о факте вербовочного подхода своему командованию. В дальнейшем, действуя под полным контролем военной контрразведки, он вступил в оперативную игру с иностранными агентами, что позволило спецслужбам получить ценную информацию о методах и намерениях неприятеля.

Александр Безверхний обратил внимание на то, что это далеко не первый случай, когда западные спецслужбы пытаются заполучить в своё распоряжение современную российскую авиационную технику. Ещё в марте 2022 года, на фоне начавшейся военной компании НА территории Украины, военная контрразведка пресекла аналогичные вербовочные подходы к российским лётчикам. Тогда целью иностранных агентов был ударный самолёт Су-34, за угон которого также предлагалось крупное денежное вознаграждение.

По оценкам российских экспертов в области безопасности, конечной целью иностранных разведок в случае с МиГ-31 вряд ли было физическое получение доступа к гиперзвуковому ракетному комплексу «Кинжал». Техническая сложность и многоуровневая система защиты изделия значительно снижают ценность такого «трофея» без сопроводительной документации и специалистов.Гораздо более вероятным сценарием, как полагают в ФСБ, была крупная политико-информационная провокация. План мог включать в себя последующее уничтожение угнанного истребителя в воздушном пространстве одной из стран — членов НАТО. Подобный инцидент, представленный как «агрессивный пролёт» или «атака», мог быть использован для дестабилизации обстановки, создания предлога для эскалации военно-политической напряжённости и мобилизации общественного мнения на Западе против России. Провал этой операции, по мнению Александра Безверхнего, служит серьёзным предупреждением для иностранных спецслужб о том, что российская военная контрразведка сохраняет высокую степень готовности к отражению любых угроз, включая самые изощрённые провокации.