Осада Ориона
…Я стоял на мостике «Покорителя», флагмана Шестого Тактического космофлота, и смотрел на экран тактического анализатора. Собственно, это была всего лишь дань традиции. Вся необходимая информация, начиная с количественного состава флотов и заканчивая гравимагнитными параметрами пространства, транслировалась прямо мне в мозг по закрытому каналу. Но я все же предпочитал иметь перед глазами экран, что неоднократно вызывало недоумение моих подчиненных. И происходящее на экране мне очень не нравилось. Более того, и то что я видел, и то что я получал по каналу, просто не могло происходить в действительности! Первый и Третий Тактические были уничтожены полностью, до последнего корабля. Второй и Четвертый, потеряв две трети основного состава, всю группу разведки и часть прикрытия, судорожно пытались перестроится. Пятый отступал к транспортам, огрызаясь омега-ракетами и осознавая всю тщетность этого занятия. Транспорты было не спасти. Лучшие войска, элита водителей роботов, самые гениальные псионики и хакеры в этом секторе галактики, отважные морпехи и коммандос, которые могли спрятаться даже внутри консервной банки и оттуда производить диверсионные вылазки, все были обречены на бесславную гибель. Впрочем, у них еще есть шанс. Я мысленно отдал им приказ к отступлению. Через минуту транспорты начали натужно разворачиваться и набирать скорость. Не успеют, подумал я , глядя на экран.
-Адмирал!
-Да, лорд?
-Отправьте Шестой на помощь транспортам. Они должны уйти.
-Слушаюсь!
-Капитан!
-Слушаю!
-Отводите «Покоритель» за эклиптику. Мы проиграли.
-Будет исполнено, мой лорд.
Итак, главное было сказано. Мы проиграли. Внутренне я содрогнулся. Еще вчера любой, кто сказал бы мне это, был бы обречен самое меньшее на гражданский арест. Я перевел взгляд на монитор. Там транспорты уже набрали необходимую скорость и под прикрытием Пятого и Шестого Тактических уходили в гиперпространство. Когда последний из них скрылся в светящемся портале, я повернулся к экипажу.
-Капитан, мы уходим. Мы сделали все что могли. Адмирал, подайте сигнал об общем отступлении.
-Да, мой лорд. – вторили мне два голоса.
Они молодцы, подумал я. Как держатся! Мы проиграли важнейшую битву в истории их расы, Но они не показали на следа страха, отчаяния, боли или боевого ража. Просто выполнили мой приказ, давясь словами и осознавая их правильность. Мы действительно сделали все, что смогли. Но смогли мы очень мало. Почему? Я не знаю ответа, но я выясню. Клянусь вечностью, я выясню!
Гиперпространство поглотило нас.
Еще немного времени, и мы прибудем на Энзу Два. А пока есть время поразмышлять. Как мы могли проиграть? В одном из древнейших, еще досветовых, трактатов Людей о военном искусстве, было написано: «Битва должна быть выиграна еще до ее начала». Воистину, это так. И я сделал все, чтобы так и случилось.
Я родился много циклов назад. Точно уже не помню сколько. Моя родина – планета Псилонцев Энзу Два, последняя, оставшаяся после войны с Антаресом, порабощенная, агонизирующая, но - своя. У некоторых нет и того. Я еще помню те времена, когда население целыми городами вывозили в генные лаборатории. Потом некоторые возвращались. Из сотен тысяч выживало от силы два-три десятка. Так я лишился тек, кто был мне близок. Так зародилась моя ненависть к Новым Орионцам – тем жалким остаткам некогда великой империи. Эти коварные существа, осознавая, что не смогут сдерживать нас вечно, открестились от деяний своей империи-прародины и объявили «Век Свободы и Равенства», возродили сенат. Вскоре мы все убедились, что означает эта свобода и равенство. Доблестные Мрршан, непобедимые солдаты Булрати и несколько других рас, напомнивших Новым Орионцам об их проступках, были стерты с лица галактики. Кое-кому удалось спастись. Но нет ничего страшнее, чем навеки потерять свой дом. Тогда я поклялся, что эти отродья заплатят за все.
В обществе Псилонцев пробраться «на самый верх» очень легко – просто надо доказать, что ты самый умный и творческий. После открытия мною простейшего гипердвигателя сомнений ни у кого не осталось. И вот я – единственный правитель Энзу Два. Несколько столетий кропотливого труда потребовалось мне чтобы из одного окраинного мирка создать самую могучую империю в этом рукаве галактики. На этом пути было все: Взлеты и падения, ошибки и прорывы, мир и война. Но все чуть не закончилось в самом начале, когда первыми, кого мы встретили, были Номмо – разумные моллюски, генетически выведенные древними Антареанцами. Генетически заложенное в них стремление к разрушению боролось в них с миролюбивостью их психологии. Как следствие – регулярные смены как правящей группировки, так и настроений в ней. Они могли объявить войну, послать флот, а когда тот был уже в сотой части цикла от одной из наших систем, объявить о прекращении огня и отозвать его. Но в течении пяти десятков циклов у власти оставались милитаристы, и нам приходилось несладко. Они блокировали систему Наубик – «гипермост» между нашим и их пространствами. Их корабли были слабы, но многочисленны. Но собраться вместе мы им не давали, разбивая по одиночке, пока не были созданы Первый и Второй Оборонительные космофлоты. Они стали той великой стеной, о которую разбивалось любое нашествия Номмо. О нападении же не могло быть и речи. Моллюски моллюсками, но воевать на планете они умели, и требовалось как минимум троекратное превосходство в силе чтобы хотя бы закрепиться в месте высадки. Да и ученые у них немногим хуже наших, так что никто не мог взять верх.
Решение пришло само. В считанные сотые цикла гигантский флот Номмо смял малочисленные и уже устаревшие Оборонительные и блокировал Наубик. А спустя всего три цикла весь их флот вдруг снялся и ушел вглубь их пространства. Оказалось, что у них началась гражданская война, и уже через десять циклов их империя распалась, оставив за собой полсотни «независимых» планет. Главная угроза была устранена.
Дальше было многое – встреча с Мекларцами, Клаконцами, членство в Сенате Ориона, шпионаж и война с Силикоидами (Слышали выражение «Силикоид – находка для шпиона»? Это чистая правда.), войны с кланами Раас, объявление первой тотальной войны против Новых Орионцев, разгром Мекларцев, затишье. Моя империя процветала, превзойдя Клаконцев, и вскоре меня единогласно избрали президентом сената. Казалось бы – чего еще желать? Но я еще не выполнил свою клятву.
Обезопасив себя от внешней угрозы и ведя локальные войны с Раас, силикоидами и повстанцами-Мекларцами (Хотя какие тут войны? Так, тренировка для курсантов), я вплотную занялся подготовкой к войне с Орионом.
Прежде всего – разведка. Десятки моих шпионов наводнили Орион под видом студентов, курсантов, банкиров, политиков-демагогов и просто клерков. Вооруженные новейшими техническими средствами, прошедшими генную модификацию и пси-тренинг, они тем не менее гибли один за другим. Самой уязвимой частью Ориона оказались его лаборатории. На этом я и сконцентрировал свои усилия…
Интерлюдия. Орион, лаборатория генетики.
- И незабудь покормить Харвестеров, а не то я скормлю им тебя!
-Да, профессор! Удачного вам отдыха!
Хлопок двери.
Ушел-таки, старый хрыч. Шпион (кодовое имя – Лезвие) улыбнулся. Уже два года он- аспирант этой лаборатории. Последний из своего десятка, высаженного на Орион под видом студентов. И сейчас он наконец исполнит то, для чего его готовили. Концентрация. Лицо плывет, превращаясь из гуманоидного в нагромождение органических трубок – лицо Нового Орионца. Фигура вытягивается. Лезвие одел лабораторную робу и размашистым шагом пошел в сторону Главного Компьютера. У входа – двое охранников. Всего двое.
-Куда прешь, яйцеголовый? Маловат еще! – сказал первый охранник, преграждая путь.
Лезвие улыбнулся (настолько, насколько это возможно сделать, имея лицо Антареанца). Концентрация. Императив: «мне можно здесь быть. мне можно пройти. вам я не важен».
-Да хрен с ним, пусть идет. Мне как-то это неинтересно. Наша смена через десять минут. – сказал второй.
-И то верно. Ладно, топай, малец.
Лезвие прошел в открывшиеся двери. «Если вернусь – на собственные деньги поставлю памятник изобретателю этой телепатической штучки» - подумал он. Подошел к стене комнаты (все здание – один большей квантовый компьютер). Из кармана робы достал небольшой цилиндр миникомпьютера и вставил его в разъем. Характерный писк, сообщающий о том, что коды взломаны и начата передача данных, был перекрыт оглушительным воем сирены во всех диапазонах, включая пси. Интерференционный купол накрыл лабораторию, препятствуя передачам. «Не поможет.» - подумал Лезвие, принимая свою обычную форму и включая персональный дефлектор- «тут иной принцип действия».
Действительно, не помогло. Когда взвод охраны выбежал из-за угла, у дверей валялись две кучки пепла, некогда охранявшие ее. В двери стоял Псилонец, окруженный мерцанием щита. «Не прорвусь» - подумал Лезвие – «Но это не важно. Тахионная передача ушла, а эммитер уничтожен. Заряд сдетонирует через минуту. Но продержаться я обязан».
Он продержался. Когда щит, жалобно пискнув, отключился, пол коридора был усыпан пеплом. Лезвие прыгнул в комнату. Остатки взвода за ним. Глаза шпиона остановились на таймере, показывавшим «0:03» . Нахлынула тишина и спокойствие. «Жаль, неизвестный гений так никогда и не увидит моего памятника ему» - пронеслось в сознании шпиона за секунду до смерти.
За много световых лет от Ориона, в центре разведки на Энзу Два, шеф научного отдела вглядывался в данные, пришедшие только что от шпиона, которого давно считали погибшим либо предателем. «Теперь мы знаем все»- подумал шеф- «Новым Орионцам не устоять. А памятник я все-таки поставлю». Шеф вздохнул и отключил пси-приемник, самую тайную из разработок Империи Псилон, которая позволяла читать мысли существа, в которое был вживлен передатчик, на любом расстоянии. «Прощай, Лезвие. И спасибо тебе, сынок.» - снова вздохнул шеф.
Следующим этапом была военно-дипломатическая подготовка. Союз с Империей Ретреке (Клаконцы) обеспечил прикрытие планет на то время, как основные силы будут штурмовать Орион. Множество исследовательских экспедиций было отправлено в пустующий ныне сектор Империи Антарес в поисках новых технологий. Из более чем двух сотен кораблей класса не ниже дредноута вернулось десять – восемь и два по одному.
Они привезли капсулы с зашифрованными данными Антареанцев. Спустя десять циклов, потраченных на расшифровку, мы обладали наработками тысяч лет социальной и генетической эволюции Антареанцев, которые легко было адаптировать. Данные из еще одной капсулы нам передали Мекларцы, нашедшие ее на орбите нейтронной звезды. Это были данные об организации научной деятельности. Настоящий клад!
Спустя еще двадцать циклов мы владели технологиями, сильно опережавшими имеющиеся у Новых Орионцев, и приступили к строительству флотов. Ядро флота должны были составить корабли класса Левиафан (размером с небольшую луну) в различных модификациях – лучевые, ракетные крейсеры, корабли-носители. На флоте не экономили. Прикрытие осуществляли корабли классов Титан и Бегемот с высокоточным и высокоманевренным оружием на борту. Специально были разработаны бронированные транспортные корабли (на базе тех же Левиафанов), каждый из которых мог вместить в себя армию. Корабли разведки класса Дредноут были оснащены системами постановки и подавления помех, системами дальнего обнаружения и устройствами невидимости. Впрочем, последними были оборудованы все корабли флота, от флагмана до спасательной шлюпки.
Тринадцать циклов продолжалось строительство «Покорителя» - линкора класса Левиафан увеличенной вместимости. По заверениям конструкторов, он мог выдержать взрыв сверхновой. Это. Конечно, преувеличение, но вооружение и защита флагману не оставляло противнику никаких шансов. Два устройства Маулера, ангары для истребителей, пилоны для ракет, ускорители Темной Материи и Тахионные излучатели на поворотных платформах с увеличенным энергоресурсом могли вести огонь с расстояния нескольких астрономических единиц! Единственное, чего не было на борту – сверхсекретного «Звездного Преобразователя», способного одним залпом расколоть планету. Почему не было? Во-первых, место. Прототип занимал бы треть флагмана. Во-вторых, система наведения была еще не закончена. И главное – его никогда не испытывали. Да и зачем? Планет и так вечно нехватает.
Было сформировано шесть Тактических Флотов. Ядро Первого и Третьего составляли лучевые корабля, Второго и Четвертого – корабли-носители, Пятого и Шестого - ракетные крейсера. В состав Шестого вошел и «Покоритель».
Пробой сил должно было стать уничтожение Великой Белой Эскадры численностью в 120 вымпелов. Эти устаревшие корабли должны были стать хорошей практикой для моих стрелков. Что, собственно, и произошло. Подойдя на дистанцию залпа, они уже лишились трети кораблей. Ракеты были расстреляны на подлете, истребители продержались всего полторы минуты. Ущерб был минимален, они даже не пробили щиты. Всего столкновение заняло около пяти часов и стоило нам шести кораблей, в основном – из группы разведки и эскорта как наименее бронированных. Великая Белая Эскадра перестала существовать.
Так началась новая Война за Орион.
Потерпев поражение, Новые Орионцы начали спешно готовиться к обороне родной планеты. Спешно была перевооружена Великая Алая Эскадра – цвет флота, до недавнего времени – лучшие корабли в Галактике. Были построены орбитальные базы, спешно создавались наземные укрепления. Но спешка была показной. Мои разведчики донесли, что правящая верхушка была уверена в победе. Глупцы!
Мои силы вышли из гиперпространства над плоскостью эклиптики и взяли курс на Орион Три. Я приказал передать ультиматум. Еще бы! Мои силы количественно превосходили их флот в два с половиной раза, в пересчете на боеспособность – в семь. У них не было ни одного корабля класса выше Бегемота. Когда срок ультиматума истек, я приказал идти в атаку, оставив Шестой Тактический в резерве.
…С самого начала все пошло не так! Лучевики начали хаотические маневры и сломали строй. Ракетные крейсера вели цепной огонь вместо того, чтобы давать залпы, и ракеты было легко сбить. Истребители метались от одной цели к другой, не причиняя никаких повреждений. Корабли разведки не включали постановщики помех, а корабли прикрытия, казалось, вообще забыли о том, что у них есть вооружение. Из более чем пяти десятков прикрывающих огонь по ракетам вели только два-три, и то когда те пролетали разве что не царапая борта. Наводчики лучей взбесились и стали чертить тахионными лучами космос, лишь случайно попадая в корабли Новых Орионцев. Про устройства маскировки даже никто и не вспомнил! Такое ощущение что весь мой личный состав, прошедший сотри стычек, сегодня впервые сел за пульт! Сражение, которое было выиграно задолго до его начала, было полностью проиграно после. Я стоял на мостике «Покорителя», флагмана Шестого Тактического космофлота, и смотрел на экран тактического анализатора…
Эпилог. Орион, спустя две сотые цикла после осады.
-Командующий, они полностью отступили! – саркастически сказал адмирал Великой Красной Эскадры – Наши потери – 5%.
-Они отступили! Удивительно! У них же было численное превосходство! – притворно удивился Командующий силами обороны Ориона Три.
Оба Новых Орионца рассмеялись. Будь они людьми, они бы, наверно, катались по полу от смеха и пили бы спиртное. Но это не были люди. Это были представители одной из Старших Рас.
-И как это они не могут понять? Более десяти тысяч циклов все эти расы были созданы древними Орионцами, и вполне естественно, что в них генетически заложена невозможность захвата Ориона. Они просто впадают в ступор при попытке сделать это. Да и наши генетики постарались, за последнюю тысячу циклов мы хорошо восстановили этот «инстинкт».
-Верно, адмирал. Еще две-три тысячи циклов – и они даже помыслить не смогут об атаке на нас. Как там сказано у людей? «Битва должна быть выиграна еще до ее начала». Так, кажется?
Оба представителя одной из Старших Рас вновь рассмеялись.