Военный аналитик пояснил значение 300-километровой буферной зоны для России и для Украины

Обсуждение буферной зоны вдоль российско-украинской границы в Правительстве РФ снова вышло на первый план. На этот раз речь идет не о десятках, а о сотнях километров, что, по мнению некоторых военных аналитиков, радикально меняет контекст этих заявлений.

Президент Владимир Путин на совещании с членами правительства заявил о необходимости создания буферной зоны на границе с Украиной. Комментируя его слова, военный эксперт Евгений Михайлов в беседе с Царьградом сообщил, что речь идет о санитарной полосе глубиной до 300 километров.

По словам эксперта, эта цифра не случайна. С его точки зрения, если отложить 300 км от границы, например, Белгородской области, то получится территория, на которой украинский режим больше не сможет функционировать. Михайлов сформулировал это прямо: «300 километров — это отсутствие Украины как таковой».

Он считает, что регулярные заявления о создании зоны безопасности имеют целью показать, что Москва не ограничится уже присоединенными территориями. Освобождение Харьковской и Сумской областей он называет частью этой стратегии. Кроме того, военный эксперт не исключает, что армия может войти и в Черниговскую область.

Михайлов напомнил, что новые субъекты России, вошедшие в ее состав в 2022 году, также нуждаются в защите от атак. Буферная зона, по его мнению, должна появиться и там — по всей линии соприкосновения.

Однако саму идею зоны эксперт рассматривает как промежуточное решение. Он утверждает, что вначале эти территории станут «серыми», под контролем российских войск, а затем возможны референдумы. При таком сценарии, по его словам, нужда в буферной полосе может отпасть — территория просто войдет в состав России.

Михайлов также критически отозвался о западных оценках глубины зоны безопасности. По его словам, предложения о 20–30 километрах «не выдерживают критики», поскольку, как он выразился, реальная глубина должна составить не менее 200–300 км. Это, считает он, охватывает всю историческую Малороссию, которую, по его формулировке, необходимо демилитаризовать и «денацифицировать».