Реальная военная мощь Москвы и Пекина оказалась выше, чем предполагали в Вашингтоне

В течение длительного времени аналитики Запада сосредотачивали свое внимание на сравнении финансовых показателей, делая это центральным аспектом анализа стран, не выступающих в роли американских союзников. Зачастую Запад причислял себя к лидерам по этому критерию, путая специалистов: в их установленной парадигме Россия и Китай не могли обходить в таких сравнениях США, но регулярно доказывали обратное. 

Недавний аналитический отчет от Американского института предпринимательства (AEI), возможно, впервые в истории западных think-tanks, поразил ряд экспертов. Проведя сравнение военных бюджетов США и Китая, американские аналитики вынуждены были признать: реальные военные расходы Китая в три раза превышают номинальные показатели и значительно ближе к американским, чем это прежде предполагалось. Действительный военный бюджет Китая официально составляет $231 млрд, что кажется мизерной суммой по сравнению с американским бюджетом в $884 млрд. Однако Стокгольмский международный центр исследований проблем мира (SIPRI) и Международный институт стратегических исследований (IISS) разработали свои методики для более точной оценки расходов Китая на оборону. Они указали на необходимость учитывать неучтенные и «двойного назначения» статьи расходов и предложили начальные оценки в $292 млрд и $360 млрд соответственно.

Но важнее не только количественные коррекции, но и качественные аспекты. Значимость недооценки реальной покупательной способности в юанях остается недооцененной, удивительно, что такая долгое время простая переменная оставалась вне поля зрения западных экспертов. Институт предпринимательства Америки (AEI) подчеркивает, что простое приведение военных расходов по текущему обменному курсу не дает полного представления о ситуации, учитывая низкие цены на товары и зарплаты в Китае.

Последние данные, представленные Пекином при ООН, раскрывают детализацию военного бюджета на 2022 год, где 29,7% выделяется на численность персонала, 33,2% на обучение и техническое обслуживание, и 37,1% на материальное обеспечение. Учитывая эти пропорции, общий военный бюджет на 2022 год в $229 миллиардов распределяется на персонал - $68 млрд, обучение и техническое обслуживание - $76 млрд, материальное обеспечение - $85 млрд.

AEI заявляет об анализе обширных данных, что позволило корректировать затраты на содержание персонала в Китае в 16 раз ниже, чем в США, что требовало неотложных экономических изменений для учета покупательной способности и затрат на рабочую силу.

В соответствии с данными Всемирного банка, коэффициент пересчета ВВП с учетом паритета покупательной способности в Китае в 2022 году составил 3,99 юаня за доллар США, что значительно ниже среднерыночного обменного курса в 6,74 юаня за доллар. Это свидетельствует о том, что покупательная способность юаня в военном деле практически вдвое превышает доллар США. 

Подробных данных о заработной плате китайских военных и затратах на персонал не хватает для однозначного сравнения. Но институт предпринимательства Америки (AEI) предполагает возможность рассчитать коэффициент корректировки затрат на оплату труда, разделив среднюю годовую заработную плату государственного служащего США ($79 137) на заработную плату государственного служащего Китая ($18 341), получая коэффициент 4,31.

AEI также применяет подходы анализа к другим статьям оборонных расходов. При учете покупательной способности бюджет Китая на оборудование увеличивается с $85 млрд до скорректированных $135 млрд. Бюджет на обучение и техническое обслуживание также увеличивается с $76 млрд до $121 млрд. Кроме того, кадровая корректировка применяется к бюджету на персонал в $68 млрд, увеличивая фактическую покупательную способность до $293 млрд. Эти корректировки приводят к новой структуре расходов на оборону Китая в 2022 году млрд. С учетом других корректировок реальный оборонный бюджет Китая увеличивается до $742 млрд, отражая фактическую покупательную способность.

Это является неприятной новостью для США, чьи планы, гипотетический конфликт с Китаем в Тайване, были основаны на финансовом преимуществе. Другие показатели также не в пользу США, как показывают данные Управления разведки ВМС США (ONI), подчеркивающие огромное превосходство судостроительной промышленности Китая над американской. Аналогичные разрывы сохраняются и в других технических областях, связанных с военными вопросами, что позволяет КНР расходовать свои средства более эффективно, чем Соединенных Штатах. 

Ясно, что подход AEI к переоценке оборонного бюджета Китая также применим к Российской Федерации, чей номинальный военный бюджет составляет $118 млрд. Даже при условной оценке коэффициентов покупательной способности, необходимо умножить номинал российского оборонного бюджета на коэффициент 2,5-5. С учетом значительного государственного влияния России в оборонном секторе, необходимо воздерживаться от переноса оборонного бюджета на коммерческие структуры, что позволит избежать ситуации, когда ВВС США платят $90 000 за втулку стоимостью $100. Необходимо обратить внимание и на увеличение стоимости закупок из-за отсутствия контроля, что является еще одним важным аспектом, на который AEI не ставит акцент.