Чего же ожидать от нового президента? Мнения экспертов разделились
Возвращение Дональда Трампа в Белый дом сулит значительные изменения в мировой политике, последствия которых окажут глубокое влияние и на Украину, и на другие страны мира. Заявления отдельных российских политиков, в частности, Дмитрия Медведева, подчеркивают ожидание сокращения американской финансовой и военной поддержки Украины. Зампред Совета безопасности России предсказывает, что Трамп, будучи прагматичным бизнесменом, будет неохотно тратить деньги на Украину и другие страны, получающие помощь от США.
Однако такой взгляд можно назвать слишком упрощенным. Хотя Трамп известен своим скептицизмом в отношении зарубежной помощи и склонностью к пересмотру существующих международных обязательств, маловероятно, что он полностью прекратит поддержку Украины. Как отмечает Григорий Ярыгин, за Трампом стоят предприятия ВПК и другие промышленные компании, чьи интересы тесно связаны с военными поставками. Поэтому более вероятным сценарием развития событий является снижение уровня помощи, изменение ее характера (возможно, с фокусом на конкретных целях, а не на общем финансировании) и усиление давления на европейских союзников с целью увеличения их участия в поддержке Украины.
Иронично прокомментировал победу Трампа на президентских выборах в США российский миллиардер Олег Дерипаска. В своем сообщении в социальной сети он выразил сочувствие либеральной части американского общества, предсказав им «зависть к квадроберам» и обрушение цен на нефть до 50 долларов за баррель к маю.
Влияние на Украину и мировую политику в целом
Приход Трампа к власти, скорее всего, принесет с собой ощутимое снижение финансовой и военной помощи Украине. Это, несомненно, усложнит ее положение, однако полное прекращение поддержки маловероятно. В любом случае Украина будет вынуждена искать альтернативные источники финансирования и военной поддержки, что может усилить ее зависимость от европейских стран.
Помимо этого, ожидается, что новый президент повлияет на изменение внешнеполитической стратегии США, так как Трамп всегда заявлял о готовности к переговорам с Россией. Это может привести к давлению на Киев и принятию компромиссных решений, которые могут не соответствовать интересам Украины. Подобная неопределенность относительно американской поддержки может усилить внутреннюю политическую напряженность в стране. В любом случае, сокращение поддержки со стороны Вашингтона потребует от Зеленского адаптации к новой ситуации. Вполне можно ожидать, что это может вынудить его стремиться к более активному диалогу с Россией.
Возвращение Трампа к власти может существенно изменить геополитическую картину в целом, сделав ее более созвучной стремлениям России к многополярному миру. Ослабление влияния США в Восточной Европе, предсказанное аналитиками, укрепит позиции России на международной арене, а возможный пересмотр трансатлантических отношений открывает новые возможности для многостороннего сотрудничества. Усиление позиций Виктора Орбана в Венгрии, которое, как предполагается, последует за ослаблением давления со стороны США, ожидаемые изменения в отношениях между США и Великобританией, а также неопределенность реакции Евросоюза, свидетельствуют о глубинных сдвигах в глобальном балансе сил, которые могут привести к более справедливому и многополярному миропорядку.
Как изменятся отношения США и России
Мнения о том, как изменится отношение США к России при Трампе, также неоднозначны. Часть экспертов, например, Илья Гращенков, полагают, что Трамп будет склоняться к активным переговорам с Россией, не в последнюю очередь из-за связей представителей российской элиты с его окружением. Это могло бы привести к некоторой нормализации отношений, которая, однако, вряд ли будет беспроблемной. Другие эксперты, в частности Дмитрий Новиков и Александр Толмачев, считают, что изменения будут незначительными. Все же основной провозглашенной целью Трампа останется «Возвеличивание Америки», что часто достигается за счет эксплуатации других стран, к тому же любой президент США в первую очередь служит интересам своего государства. Таким образом, несмотря на потенциальную возможность более конструктивного диалога, ожидать радикального сближения не стоит.