☰
︎

Ученые выяснили, почему динозавры достигали огромных размеров и не стали крошечными

Палеонтологи выяснили, почему среди нептичьих динозавров практически не было очень мелких видов.
9 августа 2026, воскресенье 23:47
Global_Chronicles для раздела Блоги

Текст опубликован в личном блоге и его автор не имеет отношения к администрации сайта

Динозавров обычно представляют огромными — тираннозавры, диплодоки, брахиозавры. Палеонтологов из Американского музея естественной истории и Принстонского университета заинтересовал противоположный вопрос: почему среди этих рептилий почти не было карликовых видов.

Фото: Альваро Кединг / ©AMNH

Специалист по ископаемым рептилиям Роджер Бенсон и его коллега Стефани Лехки проанализировали эволюцию размеров тел у разных групп позвоночных с помощью математических моделей. Для млекопитающих, птиц и черепах расчеты совпали с реальностью. Для динозавров — нет. Физиология сама по себе не объясняет, почему самые мелкие нептичьи динозавры весили около 450 граммов — как крупный кролик. Это в 200 с лишним раз тяжелее колибри (1,75 г) и землеройки (1,8 г). Для сравнения: карликовый геккон весит всего 0,15 грамма.

Современные экосистемы полны мелких существ. Около 75% видов млекопитающих и 90% видов птиц весят меньше, чем самый легкий нептичий динозавр. Авторы работы предполагают: мелкие млекопитающие заняли ниши, в которых могли бы оказаться крошечные динозавры. Сложилась своего рода «блокада»: динозавры не давали млекопитающим стать крупными, а млекопитающие не пускали динозавров в категорию малюток. Ископаемые останки крошечных динозавров почти не находят, хотя мелкие зверьки, ящерицы и амфибии в тех же отложениях попадаются регулярно.

Исключение — птицы, которые произошли от динозавров, относятся уже к другой группе. Они уменьшились в размерах очень рано, еще в раннем мелу. Полет, по всей видимости, открыл перед ними новые возможности, позволив освоить ниши, недоступные наземным родственникам. Объяснение, почему гиганты так и не обзавелись карликовыми версиями, пока остается неполным. Сам вопрос, по словам Бенсона, важен для понимания эволюции.