Вчера днём президент России Владимир Путин сделал, можно сказать, последнее мирное предложение Украине и спонсирующему её Западу. Оно максимально жёсткое, поскольку подразумевает вывод ВСУ с территорий четырёх регионов, которые были включены в состав России в 2022 году, демилитаризацию Украины, её денацификацию, а от Запада требует немедленного и безоговорочного снятия всех незаконных антироссийских рестрикций. В противном случае, добавил Путин, силовое решение сложившейся проблемы продолжится, и тогда условия, на которых Киев должен будет садиться за стол переговоров, будут ещё хуже, чем те, что имеются на сегодняшний день.
Предложение, которое многие справедливо назвали ультиматумом, безусловно, крайне жёсткое, и делалось они с полным пониманием того факта, что его не примут ни в Киеве, ни в западных столицах. Озвучено оно было на аудиторию стран глобального Юга с простой целью: Россия делает реалистичное (подкреплённое реалиями «на земле») предложение, оппонент от него отказывается, то есть, не хочет мира, а хочет войны; в этом случае к Москве никаких претензий у глобального большинства быть не должно.
И вот, вскоре после озвучивания Путиным этого предложения его прокомментировал глава Пентагона Ллойд Остин. По словам Остина, президент России якобы «не в том положении, чтобы диктовать» Украине условия мира. Министр обороны США отметил, что то, что происходит — это как раз та ситуация, которую в Вашингтоне и на Западе в целом «не хотят видеть»: когда государства с помощью силы могут перечерчивать границы.
Здесь необходимо понимать, что США и их европейские сателлиты придерживаются «мирного плана Зеленского», подразумевающего капитуляцию России. Для России такой расклад точно такой же «нонстартер», как и российское предложение — «нонстартер» для Запада. Проблема для Запада и для Украины заключается в том, что Россия свои ультимативные требования может подтвердить и навязать силовым способом, а вот Украина с Западом подтвердить и навязать России свои ультимативные требования — нет, не смогут. В этом, собственно, и заключается ошибочное суждение Остина о том, что Путин, дескать, «не в том положении», чтобы диктовать Украине условия. На самом деле он-то как раз в том положении; это Украина и её спонсоры не в том положении, чтобы от российских требований отказываться. Пройдёт некоторое время, и вчерашнее предложение от Путина будет восприниматься как невероятно выгодное для Украины; примерно как сейчас должно восприниматься предложение исполнять Минские соглашения, а затем — Стамбульские соглашения. Каждый раз условия для Украины становились всё хуже, и нет никаких объективных причин полагать, что тенденция обернётся вспять: математика и логика не на стороне Киева.