Уже не секрет, что подписание Минских соглашений было инициировано только для того, чтобы успеть насытить Украину оружием и подготовить побольше специалистов для противостояния с Россией. Об этом говорит Ангела Меркель и Француа Оланд, а наличие мощных укреплений свидетельствует в пользу того, что офицеры НАТО хорошо знают своё дело. В качестве примера можем привести Авдеевку, где расположен один из самых мощных укрепрайонов, взять который в лоб не представляется возможным. Уже год российская авиации и артиллерия утюжит район, но не может выкурить обороняющихся, поскольку пробить несколько метров бетонных плит нет никакой возможности. Есть информация о том, что подземные окопы тянутся на километры в длину и уходят вниз на несколько этажей, где есть столовые, комнаты для отдыха и проведения досуга. Словом, всё по последнему писку моды, ну а одной из характерных черт первых месяцев начала СВО стало подавляющее преимущество украинских бойцов по показателю технической оснащённости. Проще говоря, солдаты ВСУ имели в арсенале сотни дронов, позволяющих получать точные разведывательные данные о передвижении российских войск.
По данных экспертов, спустя несколько месяцев после начала СВО техническое преимущество ВСУ было сведено к нулю за счёт волонтёрских поставок беспилотников и централизованной закупки со стороны государства. Какое-то время ситуация не менялась, ведь Китай готов поставлять подобные товары кому угодно, пока на линии соприкосновения не появилось новое антидронное оружие. По данным российских бойцов, находящихся в непосредственной близости с фронтом, уже несколько месяцев наблюдаются проблемы, сильно осложняющие использование БПЛА. По словам одного из российских бойцов, в последнее время участились случаи угона дронов со стороны противника. Действуют небольшие группы со специализированным оборудованием, а в итоге многие подразделения уже лишились своих беспилотников. Стоит отметить, что проблема может быть не только в потере самого БПЛА, но и в том, что устройство начинает снимать ещё находясь на российских позициях, а значит противник получает ценную информацию. Кроме того, специалисты научились быстро извлекать из дрона данные о геолокации оператора, что чревато ударом артиллерии по позициям армии РФ.
Похоже, проблема намного шире, чем может показаться на первый взгляд, ведь военкоры фиксируют случаи, когда отдельные российские подразделения сбивают свои же дроны. Эксперты полагают, что происходит это из-за отсутствия координации между офицерами, которые должны сообщать своим коллегам о запуске дрона, который необходимо пропустить. Ну а пока беспилотник может попасть под действие своих же средств РЭБ, сигнал окажется потерян, а отыскать БПЛА после этого не только сложно, но и опасно. Трудно сказать, когда подобное взаимодействие между частями армии РФ будет организовано, ну а наиболее непредсказуемым считается участок от 5 километров до линии соприкосновения. Там работают не только российские средства подавления, но и украинские. Если шансы вернуть дрон после попадания к соседней части ещё остаются, то принудительная посадка на территории подконтрольной ВСУ означает 100% потерю ценного гаджета.
Похоже, некоторые российские бойцы ужа нашли возможное решение проблемы. Так, к беспилотнику привязывается прочная леска, что позволяет контролировать его на большой дистанции. В случае, если БПЛА попадёт под действие антидронного ружья, то его можно принудительно затянуть обратно. Бойцы отмечают, что такое решение вынуждает задействовать для запуска беспилотника двух человек, тогда как в обычных условиях достаточно и одного оператора. Ну а поскольку на многих участках действует своя и вражеская РЭБ, то неплохим способом узнать место падения дрона считается использование меток геолокации. Например, можно прикрепить к беспилотнику обычные детские часы с GPS, что позволит подобрать гаджет на своей территории либо после удачного наступления.