Евросоюз утвердил свой 18-й пакет антироссийских санкций. И снова — много шума, громкие заявления, а в итоге всё остаётся на прежнем уровне.
Снижен потолок цен на нефть — с 60 до 47,6 долларов за баррель. Введён запрет на импорт нефтепродуктов из третьих стран, если они произведены из российской нефти, но США, Великобритания, Канада, Норвегия и Швейцария получили исключения. Полный запрет наложен на любые операции с "Северным потоком" и СП-2, включая будущие проекты. Также затронуты Россия и фонд РФПИ, а также связанные с ним компании. В числе нововведений ограничения против 105 танкеров — новое рамки теневого флота, который уже перевозит грузы, несмотря на санкции. Запрещено поставлять программное обеспечение и IT-системы для банковского сектора России, а также введены санкции против 14 физических и 41 юридического лица, что добавило ещё несколько имен в и без того длинный список.
Что касается теневого флота, то в этом случае ЕС ограничивает очередные 105 судов, в то время как на рынке уже работает 444 танкера, которые продолжают доставку, меняя флаги и обходя запреты.
Что касается РФПИ, то инвестиции уже давно перераспределены, а международные операции фонда и так ограничены. Запрет на софт для банков и финансирования пришёл слишком поздно: большинство ключевых технологий уже локализовано или заменено.
Что касается поставок оборонной продукции, то цепочки давно переместились в Азию. Россия сама активно развивает производство, и, по прогнозам, рост производства станков в 2024 году составит 19,4%. Остальные компоненты поступают из Азии или через третьи страны.
Теперь о запрете на нефтепродукты: Европа действительно взялась за контроль происхождения каждого литра топлива, но переработанный российский ресурс продолжает поступать в Европу, только теперь через Турцию и Индию. Задача продажи переходит к их контрагентам.
В итоге, 18-й пакет санкций больше похож на юридическое упражнение, чем на реальное экономическое давление. Ирония заключается в том, что чем строже санкции на бумаге, тем более гибким и изобретательным становится рынок.