В Израиле создали автономную систему ПВО Iron Drone для перехвата БПЛА и пообещали передать Украине

    Военные конструкторы из израильской коммерческой организации Ondas Autonomous Systems воспроизвели комплекс противовоздушной обороны, главное назначение которого – это перехват авиационных целей типа БПЛА без участия человеческого персонала. Такие возможности перед портативным блоком открываются из-за заложенной изначально программно-аппаратной оболочки, позволяющей автоматизировать все возможные операции. Причем степень автономности боевой работы устройства настолько высока, что человеческие специалисты необходимы только при двух задачах – обслуживании «антидроновой ПВО» перед постановкой в боевой режим работы и постоперационным контролем за комплексом и его проверкой.

   И как отмечает отечественный авиаэксперт Алексей Захаров в своей авторской публикации для ТГ-канала «Военный осведомитель», удивляться, что такой комплекс был создан именно израильскими инженерами, совершенно не стоит. Всё потому что из-за скромной численности человеческой популяции на территории еврейского государства, вполне очевидно, что здесь в приоритете разработка систем, работающих без участия людей. Тем более в Израиле местные дроны практически не используются, что позволяет не брать в расчёт проблему определения принадлежности любого конкретного дрона, замеченного в воздушном пространстве: потому что любой БЛА на территории Израиля фактически относится к враждебным дронам.

    Отметим, что уровень автоматизации Iron Drone настолько высок, что электронно-оптические системы наземной установки самостоятельно контролируют охраняемый воздушный периметр, сначала выявляя, затем классифицируя, а в конце операционной задачи и уничтожая воздушную цель. Разработка системы стартовала почти десять лет назад, но как только в 2023 году, когда уровень противостояния между ХАМАС и еврейским государством зашел на свой очередной виток развития эскалации, специалисты, создавшие систему, решили, что нужно ускорить свои изыскания. Тем более бойцы палестинского военизированного подразделения, противостоящие израильским военным, стали использовать дроны в режиме промышленного конвейера, запуская больше сотни ударных дронов за раз.

   В антидроновом комплексе главным элементом борьбы против ДПЛА является ударный перехватчик «Raider». Причем очень интересно, что ставя задачи по выбору эффективной модели будущего элемента перехвата, специалисты заранее выбрали верный путь развития. Для этого за базу был взят гоночный экземпляр, выполненный в «форм-факторе» мультикоптера. Вес самого БПЛА-перехватчика, оснащенного четырьмя соосными системами, составляет 4 килограмма, причем процент полезной нагрузки от общей массы дрона составляет практически 25%. Именно за счет снаряда, выстреливаемого устройством, баллистическая сеть обезвреживает чужой дрон, запутывая прочными волокнами винты летательного аппарата. В ходе испытаний выяснилось, что дрон-малыш с полезной нагрузкой в 810 грамм, в которую входит пушка с сетью, способен обезвредить БЛА массой до 9 кг.

   В описании на сайте производителя указано, что в ящике Iron Drone умещается три «Райдера». И что самое главное, система по итогу позволяет называть себя полностью изменяемой в плане дооснащения дополнительными типами сенсоров. Причем информация о воздушном пространстве и его состоянии может приниматься как посредством собственной радиолокационной системы, так и при помощи внешних датчиков. Под последними скорее всего подразумеваются оптические, тепловизионные и сенсоры, сканирующие толщу воздуха посредством электромагнитных волн наподобие классических радаров.

    А теперь как работает механизм перехвата в «Стальном дроне». Во время активации устройства запускается сканер и если в воздухе есть подходящая цель, опознанная как враждебная, дрон-перехватчик самостоятельно запускается автоматическими командами от управляющего чипа и начинает движение в сторону зоны кинетического удара, где сеть точно сможет накрыть воздушную цель. Как только между объектом для поражения и «Райдером» дистанция позволяет провести операционное идентифицирование, запускается сразу три канала опознавания: радиолокационный, инфракрасный и классический оптический (телевизионный). После за работу берется ИИ с активацией режима компьютерного зрения. Дальше в программе дрона остаётся последнее действие: выход на атакующий маршрут и запуск прочной сети. И что самое интересное, сеть содержит дополнительный элемент, представляющий собой миниатюрный парашют. Такое тормозящее устройство необходимо для создания искусственного сопротивления, необходимого для замедления падения обезвреженного дрона. Так было сделано, чтобы успешно перехваченный БЛА попал в руки израильских военных как можно в более цельном состоянии, позволяя детально изучить внешнюю конструкцию и внутреннее устройство, тем самым позволяя в очень быстром режиме обеспечить конструкторов следующих противодронных систем теоретическим знанием, как ещё лучше бороться с нововыяленными воздушными угрозами.

   И как писалось выше, благодаря сенсору, работающему с дрона в режиме оптического датчика, «Райдер» транслирует видеоканал для операционного объективного контроля за ходом миссии. Причем такие данные не предназначены для обязательного ознакомления: они нужны лишь после: для вероятного контроля за правильностью и эффективностью боевой работы, если у контролирующего персонала возникнут вопросы к работе системы Iron Drone в целом, или для оптимизации боевого оперирования конкретно «Райдера».

   Сразу после перехвата цели дрон-перехватчик возвращается на базу в заранее заданной области, где севший аппарат подбирает солдат, после чего оператор устанавливает в орудие новый заряд баллистической сети. Дальше полностью снаряженная боевая единица заново устанавливается в пусковой бокс, попутно заряжая бортовые аккумуляторные батареи с целью повторного применения.

Выводы

   И хотя владельцы компании, разработавшей комплекс, считают его «непревзойденным», сторонний наблюдатель, разбирающийся в теме БПЛА, сразу скажет, что современное компьютерное зрение в связке с ИИ не всегда надёжно действуют в режиме точной идентификации. Тем более в мире на январь 2025 года существует буквально тысячи схожих визуально воздушных аппаратов типа дрон, имеющих минимальные друг от друга отличия не только во внешности, но и в радиолокационной сигнатуре. Поэтому вполне очевидно, что Iron Drone будет практически бесполезен, например, на Украине, где оперируют слишком много разных БЛА. Хотя разработчик пообещал отправить для поддержки ВСУ часть своей продукции.  

   Отметить хочется и такой тонкий момент, что полная «автоматизация» устройства кажется коммерческим преувеличением. Сложно представить, что установка и боевое оперирование Iron Drone в течение длительного времени возможны без участия человека, необходимого для смены севших АКБ на полностью заряженные. В качестве альтернативы можно рассмотреть интеграцию антидронового ПВО в конструкцию автомобиля с автономным блоком генерации электричества. Что опять-таки при адекватном оппоненте ставит под угрозу не только уничтожение системы массовой атакой БПЛА, но и разрушение транспортной единицы. Есть и третий путь: размещение Iron Drone прямо на контактном проводе с постоянным поступлением электричества. Но наличие таких зон посреди классического боевого поля даже в теории представить сложно.

   Поэтому единственный логичный способ установки такой системы является способ размещения внутри охраняемого периметра стационарного объекта. Именно на военном пункте можно обеспечить своевременное обслуживание и постоянную подпитку электричеством энергоемкого блока.