Идея сделать игровые видеокарты программируемыми для любых вычислений, как оказывается, обернулась для NVIDIA многолетними убытками. Дженсен Хуанг (Jensen Huang) в подкасте Лекса Фридмана объяснил, почему компания сознательно пошла на это, хотя рынок ждал от нее только графики.

Скриншот из видео Lex Clips

Хуанг вспоминает, что идея программируемых GPU появилась задолго до CUDA — через развитие пиксельных шейдеров. Они позволили использовать графические процессоры не только для рендеринга, но и для выполнения вычислительных задач. Позже поддержка FP32 повысила точность таких операций и показала, что GPU подходят для сложных расчетов.

На этом фоне внедрение CUDA в линейку GeForce выглядело рискованным шагом. Основная аудитория этих видеокарт занималась играми, а не вычислениями, и компания не рассчитывала на быструю отдачу. При этом расходы выросли примерно на 50%, валовая маржа сократилась до 35%, а рыночная капитализация снизилась до около $1,5 млрд.

Хуанг подчеркивает, что NVIDIA сознательно пошла на этот риск. Компания не хотела оставаться узкоспециализированным производителем GPU и стремилась охватить более широкий спектр вычислительных задач.

Результат проявился не сразу. На развитие CUDA ушли годы без заметной коммерческой отдачи. Но со временем именно эта платформа стала основой корпоративного направления и обеспечила компании сильные позиции в сфере искусственного интеллекта.