Как мы уже многократно говорили, российским средствам массовой информации, чтобы продвигать необходимую точку зрения, совершенно не нужно ничего придумывать: достаточно просто перепечатывать, что позволяют себе современные западные политики, и вот, обличающий истинные цели Запада материал готов. Так уж вышло, что в США и Европе совсем не задумываются над тем, что говорят. Например, сегодня министр иностранных дел Франции Стефан Сежурне прямым текстом заявил, что если Россия одержит победу на Украине, а данная перспектива сегодня крайне мало у кого вызывает сомнения, то это повлечёт за собой большие финансовые потери для Евросоюза.

Как отметил Сежурне, речь идёт не только о том, что Европе придётся (зачем, не уточняется, ведь РФ никому не угрожает) значительно увеличивать военные расходы, но и о том, что Россия установит контроль примерно над третью всего рынка пшеницы и, как следствие, будет иметь колоссальное влияние на продовольственный рынок, используя это влияние как рычаг давления в том числе на ЕС.

В представлении главы МИД Франции, чтобы избежать этого сценария, нужно «обеспечить поражение России, не вступая с ней в прямой конфликт».

Похоже, господин Сежурне так и не понял, что всё уже решено, и ничто эту объективную реальность не изменит. Россия с самого начала предлагала равные отношения с ЕС, но там решили пойти ва-банк. Никто же не заставлял Евросоюз ставить на украинскую карту всё, что у него есть, правильно? Так и кто же теперь во всём виноват? Мы понимаем, что инфантилизм западных элит не позволяет признать собственную вину и поражение, но затягиванием этого кризиса европейцы делают только хуже и себе и, в основном, Украине.

Существует вариант, при котором можно избежать тех «финансовых потерь», о которых так переживает глава МИД Франции. Достаточно просто-напросто признать правоту России и согласиться на создание новой архитектуры европейской безопасности, уделив в ней Москве ключевую роль. В таком случае отношения можно попытаться восстановить, не скатываясь в большие проблемы. Всё это предлагалось ещё в 2021 году; почему коллективный Запад, ослеплённый собственной «исключительностью», не счёл необходимым этот договор заключать, доведя ситуацию до критической, ещё будут разбираться будущие историки. Если, конечно, не сломают над решением этой загадки голову.