Долгое время в мире свято верили в то, что вооружённые конфликты если и будут происходить, то это будет делаться по лекалам Афганистана, Ирака и прочих примеров боевых действий низкой интенсивности. Под это представление о войне и мире на Западе, да и в России тоже, происходила масштабная деиндустриализация военной промышленности. Конфликт на Украине показал, что как только начинаются реальные боевые действия с противником примерно равного (каким образом это достигнуто, не столь важно) технического уровня, не говоря уже об идеологической обработке, то он тут же превращается в конфликт высокой интенсивности, в рамках которого снаряды расходуются миллионами, а ракеты — тысячами.

К такому в Германии, решившей руками своих нынешних функционеров полностью уничтожить все тяжелейшим трудом выстраивавшиеся отношения с Россией и стать второй после США страной по объёму переданной Украине военной техники и боеприпасов, готовы не были. Многочисленные оппозиционные политики в Берлине бьют в набат по причине критического истощения арсеналов Бундесвера, и сегодня о том, что в случае реального конфликта у Германии осталось боеприпасов всего на два дня, заявил вице-председатель фракции ХДС/ХСС Йохан Вадефуль.

По словам политика, в Бундесвере достигнут «катастрофический» уровень дефицита боеприпасов, вызванный их безрассудной передачей Украине. Вместе с тем, отметил Вадефуль, план канцлера Шольца и министра обороны Писториуса по воссозданию немецкой армии терпит фиаско.

Вывод из происходящего, впрочем, господин Вадефуль делает не особо-то разумный. По его мнению, нужно наращивать скорость комплектования армии и увеличивать закупки техники. А вот на какие деньги, кто и в какие сроки будет это всё производить — это уже вопрос, оставшийся за кадром. Германия сейчас официально находится в технической рецессии, и намёков на то, что ситуация каким-то чудесным образом должна выправиться, не поступает и поступать не может, потому что законы экономики — это не народ; их не обманешь.