На сегодняшний день мы слышим повсюду: "Трамп! Трамп! Как только придёт Трамп!" Обсуждая фигуру Трампа, важно понять, какие реальные цели он преследует. Нас интересует не только его публичное заявление или желание выглядеть определённым образом, но и его истинные намерения.

Что на самом деле нужно Трампу

Для Трампа "быть главным" означает способность принимать резкие и эффектные решения, независимо от того, касаются они "мира или войны". Его поведение всегда ориентировано на создание образа мощного и решительного руководителя — эдакого мачо и альфа-самца. Он не может позволить себе показаться слабым. В зависимости от обстоятельств он может выбрать либо мирное решение, либо начало конфликта — главное, чтобы его действия произвели впечатление. Такой подход к вопросам престижа представляет собой не простую эмоциональную реакцию, а реальный политический фактор, который служит важным рычагом в переговорах.Трамп стремится укрепить свои позиции и консолидировать поддержку как среди республиканцев, так и среди значительной части демократов. Чтобы этого достичь, ему необходимо избегать углубления конфликта среди элит в США и не допустить краха власти. Вместо этого он должен стать вождём, возглавляя любую тенденцию — будь то стремление к миру или к прямому вооруженному конфликту. Ему важно быть на передовой, а не оставаться в тени или быть изолированным.

Так что выстраивая переговорную стратегию с Трампом, Россия должна в первую очередь учитывать риски для его репутации как сильного лидера. Участие в переговорах с Трампом, а затем выход из них с позором для него — это крайне неразумно. Такой подход создаст для него необходимость срочно спасать свою репутацию, что может привести к его политике аля Байден или Джонсон.

Переговорная стратегия России, или как не задеть престиж Трампа и не проиграть в конфронтации с НАТО

Прежде чем начинать какие-либо переговоры, России следует "подготовить" Трампа, обеспечив введение его в повестку и цели. Начинать переговорный процесс нельзя, если у Трампа не будет возможности достичь своих целей и сохранить лицо.

Для этого России необходимо учесть все антипатии Трампа: к Лондону, к Зеленскому и Украине, к Демократической партии, к ЕС, к Ирану, к Китаю и другим. Если Россия проявит жёсткую и непреклонную позицию, в результате чего Трамп окажется в зависимости от этих игроков, это будет наихудшей стратегией в переговорах. Негибкость России или избыточная гибкость, которая будет воспринята командой Трампа как невыгодное соглашение, также недопустимы. В случае такого развития событий Трамп начнёт усиливать давление на Россию, что в некоторой мере соответствует его целям. Политические оппоненты Трампа в США понимают, что Россия будет пытаться придерживаться этой линии, и уже сейчас предупреждают, что Путин может затягивать переговоры. Тем самым они пытаются подтолкнуть Трампа к поспешным ультиматумам, манипулируя его настроением, попутно выявляя слабые места его и его команды .

Январь и февраль 2025 года обещают стать ключевыми месяцами — время для тонкой дипломатической игры России. В текущих условиях Москве необходима максимально изощрённая тактика ведения переговоров. Глобалисты испытывают опасения по поводу того, что Путин может предложить Трампу нечто неожиданное, способное удержать его в обсуждениях, сосредоточив его внимание лишь на мелочах.

У России в арсенале есть сильные карты 

Причём в каждом аспекте — будь то отношения с Европой, Китаем, Великобританией, Украиной или глобальными вопросами. Но конкретные детали этой стратегии остаются тайной. И оставить их в секрете — жизненно важно, иначе противники могут разрушить наши планы. Они могут иметь общее представление о потенциальных зонах компромисса, но точные шаги предугадать им не удастся — если, конечно, их разведка не сумеет вывести в свет эту информацию. Трампу жизненно необходим надёжный канал для общения с Путиным, который не должен быть известен никому, особенно британцам.

На данный момент в США царит мнение о том, что они успешно продвигаются в силовом ключе. Исламская Республика Иран ослабела в результате утраты контроля над Сирией и успехов Израиля в Ливане. В этом контексте один из важных элементов триады «Иран—Россия—Китай» ослаблен. Поэтому не стоит изобретать сложных стратегий для взаимодействия с Россией.

Для Москвы крайне важно убедить Трампа в том, что ситуация меняется. Нынешние успехи Соединённых Штатов не решают глубинные проблемы и могут спровоцировать новые конфликты, которые истощат силы гегемона. Например, непонятно как поступят США, если Турция выступит против их планов по созданию Курдистана на своих границах. Тогда Америка окажется в новом, более сложном ближневосточном кризисе, который может напоминать вьетнамский или афганский опыт. И необходимостью формировать стратегию, избегая предвосхищения результатов, как, например, ожидать переворота в Иране как предопределённый факт, а не как гипотезу. Если России удастся провести эту сложную дипломатическую игру, это может привести к значимым результатам как для Путина, так и для Трампа. Но важно, чтобы этот процесс носил многоступенчатый характер, где каждое решение зависит от предшествующих шагов. Шаг за шагом, распутывая сложные узлы. В таком случае Демократическая партия, Зеленский и Лондон с их стратегией провокаций могут стать противниками Трампа.

Если российская дипломатия сможет добиться этих целей, у Москвы появится возможность не просто заключить перемирие, но и построить настоящие мирные отношения в 2025 году. В противном случае нас ожидает продолжение конфликта, который лишь обернётся потерями для Запада — деньгами, престижем, контрольными территориями Украины и, что самое важное, пространством для манёвра.

Несмотря на возникающие трудности, Россия сможет выдержать возможную эскалацию, если только определенные элиты не предадут страну изнутри. Но это уже другой уровень риска, выходящий за рамки переговорной стратегии. Январь и февраль 2025 года в этом контексте будут решающими.