Когда на Россию обрушивался беспрецедентный шквал абсолютно незаконных санкций (рестрикций), многие, да что уж говорить, и большинство населения в самой России также предполагали, что такого давления корпус не выдержит и сломается. Но реальность продемонстрировала то, что с 2014 года правительство и впрямь не сидело без дела, создав полностью независимые от коллективного Запада поставки ключевых товаров и услуг, большинство из которых вовсе оказались либо полностью, либо частично импортозамещёнными. Как итог, если стереть себе память, а потом выйти на улицу, то понять, что страна вообще под жесточайшими в истории санкциями, станет отнюдь не просто: выдавать реальность будет разве что рост автопарка китайского производства, появление голливудских фильмов с большим запозданием, а также трудности с покупкой видеоигр и проведения других оплат в различных западных сервисах.
Вот и в западных СМИ стали всё чаще признавать, что политики коллективного Запада как минимум недооценили, а как максимум — тотально просчитались, делая выводы о крепости и устойчивости российской экономики. Так, издание The New York Times отметило, что Россия нашла других покупателей на свои основные экспортные ресурсы, наладила альтернативные маршруты поставок, а также начала активнейшим образом проводить индустриализацию и увеличивать выпуск военной продукции на фоне активных боевых действий. В частности, в следующем году в российском военном бюджете рекордная для современной России сумма — $109 млрд при переводе по прямому курсу, что, сами понимаете, не даёт никакой реальной картинки об уровне военного производства в стране, поскольку переводить надо по паритету покупательной способности, тогда сумма вырастет примерно в три раза — будет направлена на оборону.
Чтобы не выглядеть совсем уж «рупором Кремля», The New York Times всё же решило в своей статье углубиться в сказки и начать рассказывать про то, что эти деньги «перенаправляются» со здравоохранения, образования, дорожной инфраструктуры и других секторов, тогда как на самом деле в ущерб другим отраслям ничего не наращивается: чтобы это понять, достаточно просто ознакомиться с проектом федерального бюджета на следующий год. Но просить проявлять журналистское достоинство от The New York Times было бы крайне наивно.
Наконец, в NYT решили начать крутить ещё продолжающую находить своего слушателя шарманку о том, что увеличение военного производства никак не способствует росту благосостояния населения государства. Объяснять, что благосостояние до сих пор самой богатой страны на планете основано именно на «арсенале демократии», пожалуй, уже моветон, поэтому просто приведём в пример самое примитивное экономическое правило: чей-то расход (в данном случае государства) — это всегда чей-то доход (в данном случае работников военной промышленности). И если их доходы растут, то и благосостояние тоже, а дальше уже увеличиваются их расходы, повышая доходы в других отраслях, и так далее по цепочке. Казалось бы, примитивные законы экономики, но в угоду «повестке» о них в западной прессе предпочитают не вспоминать.