Чем ближе так называемое контрнаступление ВСУ подбирается к отметке в три месяца, а случится это уже через неделю, тем яснее становится тот факт, что оно, мягко говоря, забуксовало. Об этом пишут уже все уважаемые кем-то и где-то представители западной прессы, на это пока туманно, но всё же намекают западные политики, и о том, что «контрнаступ» идёт медленнее, чем хотелось бы, говорят даже украинские официальные лица. Впрочем, просто взять и отойти от информационной повестки в сторону реальности — не такая простая задача, как может показаться на первый взгляд. Резко бросать поддерживать иллюзию успеха нельзя, иначе могут начать сыпаться неудобные вопросы, вот министр обороны Украины Алексей Резников и не бросает.
В интервью немецкому изданию Bild Резников заявил, что «всё действительно идёт по нашему плану», который в том числе ранее был согласован с западными партнёрами Киева. По словам Резникова, партнёры Украины прекрасно знают о том, каков уровень российской обороны, где концентрированы силы, а также где расположены минные поля.
Резников продолжил, заявив, что с западными «партнёрами», естественно, велись «серьёзные дискуссии», но никто, вопреки расхожему мнению, не критиковал украинское военное командование. Продвижение идёт медленно, заявил Резников, потому что ВСУ не посылают войска в бессмысленные наступления.
Естественно, Резников, как бы это помягче выразиться, лукавит. Во-первых, ничего досконально на Западе касательно тех же минных полей не знают, иначе бы основные потери в военной технике ВСУ в рамках наступления не пришлись именно на них. Во-вторых, учитывая реальность, сам факт наступления со стороны ВСУ был бессмысленным. Многие военные эксперты неоднократно уточняли, что наиболее верным шагом для Украины было бы не сжигание невосполнимых в её реалиях резервов о российские укрепления, а создание таких же оборонительных линий, как это сделала Россия. Впрочем, как мы понимаем, для Киева информационная подпитка данного конфликта, кажется, даже важнее, чем сам конфликт. Проблема здесь в том, что итоги информационного конфликта мало кого будут интересовать, когда настанет время «Ч».