Эмерих Юттнер (известный также как Эдвард Мюллер) меньше всего походил на цель спецслужб. Родившись в Австро-Венгрии в 1876-м, он перебрался за океан и перебивался скромными ремёслами. Поначалу золотил багетные рамы, в 26 лет женился на Флоренс ЛеМейн. После рождения сына и дочери устроился мастером и смотрителем здания в фешенебельном Верхнем Ист-Сайде. Должность давала семье право бесплатно жить в подвале обслуживаемого дома.
В 1937 году супруга умерла, и шестидесятилетний Юттнер остался в огромном городе совсем один. К тому времени дети уже были взрослыми и жили самостоятельно, старик не хотел становиться для них обузой. Он стал собирать утиль: раздобыл старенькую двухколёсную тележку и сутками бродил по улицам, подбирая выброшенное, чтобы сбыть редкую ценную находку оптовому перекупщику. Заработки были случайными, денег едва хватало на еду, и мысль о дополнительном промысле не покидала его.
В молодости Юттнер освоил гравировку металла и немного увлекался фотографией. Соединив эти навыки, с ноября 1938-го он приступил к выпуску поддельных однодолларовых купюр. Схема была простой: сфотографировать настоящую банкноту, перенести снимки на цинковые пластины и кропотливо дорисовать недостающие детали вручную.
Фальшивки получались до смешного грубыми. Юттнер работал на обычной кухне, с дешёвыми материалами и без сложного оборудования. Бумага не совпадала с оригиналом, краска ложилась плохо, гравировка не прорабатывала мелочи. Купюры часто выглядели смазанными, несимметричными, а на некоторых и вовсе встречались орфографические ошибки.
Ни один банковский клерк не спутал бы такую пародию с настоящими деньгами при малейшей проверке. Но Юттнер понимал человеческую психологию: однодолларовую бумажку почти никто не разглядывает. Крупные номиналы вызывают подозрение — двадцатку могут посмотреть на свет, пощупать, сравнить с другой купюрой. А затёртый «бакс», мелькающий в шумной закусочной? Никому нет до него дела. На этом безразличии и держался успех старика.
Действовал он с особой осторожностью и без размаха — лишь единичными вбросами. Купюры тихо уходили в обращение через закусочные, бары, уличные лотки и мелочные лавки, незаметно растворяясь в огромном море американской наличности.
Секретная служба, расследующая фальшивомонетничество, заметила: в Нью-Йорке циркулирует странная низкосортная подделка. Сыщики недоумевали — профессиональные преступники всегда метят на крупный куш. Здесь же всё было кустарным, а партии микроскопическими.
Расследованию присвоили номер 880. Годами агенты шли по ложному следу: раздали около двухсот тысяч предупредительных плакатов в десяти тысячах магазинов, опросили десятки человек, случайно пустивших фальшивки в оборот. Но Юттнера это не задевало: он не проворачивал крупных сделок, не имел сообщников и печатал лишь крохи.
Прошло десять лет. Охота на Мистера 880 стала самой долгой и крупной в истории Секретной службы. Развязка наступила случайно: в январе 1948-го мальчишки нашли на пустыре в Верхнем Вест-Сайде цинковые гравировальные пластины и «тридцать забавных долларовых бумажек». Через неделю отец одного из ребят застукал сына за покером с подозрительной купюрой и отнёс её в полицию, а та передала федералам. Вскоре сыщики выяснили: незадолго до этого в соседней квартире был пожар, и пожарные, попав внутрь, обнаружили помещение, под завязку набитое хламом. Чтобы расчистить пространство, они попросту выбрасывали всё из окон в переулок. Так Секретная служба вышла на неуловимого Мистера 880.
Юттнер не отпирался. На допросе спокойно признался, что печатал деньги девять-десять лет и никогда не давал никому больше одной купюры, «чтобы ни один человек не потерял больше доллара». В другой ситуации признание в федеральном преступлении не вызвало бы сочувствия. Но история Юттнера мгновенно пленила публику: одинокий бедный старик, штучно мастеривший грубые долларовые подделки, — без насилия, без алчности, без показушности.
Суд учёл всё. Юттнер получил год и один день тюрьмы, вышел досрочно через четыре месяца да ещё был оштрафован на символический один доллар. Принято считать, что именно полное отсутствие жадности продиктовало столь мягкий приговор.
Выйдя на свободу, Юттнер ненадолго стал знаменитостью. Интерес к его личности вылился в голливудский фильм «Мистер 880» (режиссёр Эдмунд Гулдинг, 1950). На продаже прав на свою историю бывший фальшивомонетчик заработал больше, чем за все годы незаконного ремесла.
Затем он вернулся к тихой жизни и провёл остаток дней в пригороде Лонг-Айленда. Умер в 1955-м, в возрасте семидесяти девяти лет.